Читаем Знаем ли мы русский язык?.. полностью

С тех пор как слово «гильотина» вошло в обиход, Гильотен стал ненавидеть свою фамилию. Она казалась ему чудовищной. Незадолго до смерти он обратился к властям наполеоновской Франции с просьбой переменить название страшного приспособления для казни. Его просьба была отклонена. Есть предположение, что тогда Гильотен изменил свою фамилию.

Но есть и мирные, со всех точек зрения положительные примеры слов-фамилий.

Я слышала от многих людей, построивших себе загородное жильё, что самое любимое место в доме у них мансарда. Наклонные поверхности мансарды дают возможность фонтанировать идеями по поводу её внутреннего убранства. Как правило, мансарда всегда оформлена нестандартно. И приезжающие с ночёвкой гости, обойдя весь дом, заявляют о своём желании спать именно в мансарде! Дескать, там романтично!

Трудно сказать, был ли французский архитектор Франсуа Мансар романтиком, но то, что деньги он умел считать хорошо, очевидно!

Цена на землю растёт не только в наши дни! В XVII веке, а именно тогда жил Мансар, земля тоже дорожала. Оставлять чердачное помещение тёмным и неотапливаемым было расточительно! Вот сметливый француз и придумал единую конструкцию помещения и высокой крыши – конструкцию лёгкую и экономичную!

Так что, если вы подумываете о строительстве дачного домика, не забудьте и о мансарде!

Английского дипломата, первого лорда адмиралтейства Джона Монтегю Сэндвича, жившего в XVIII веке, мы вообще вспоминаем чуть ли не каждый день.

Сэндвич – английское и общеевропейское название бутербродов. И не важно, с чем они – с сыром, ветчиной или рыбой. Главное, что вся эта снедь вместе с листиками салата, огурцами, шпинатом и соусом спрятана внутри – между двумя кусочками булочки.

Сэндвич – это изобретение лорда Джона Монтегю.

Дело в том, что у этого достойного во всех отношениях мужчины был один порок – лорд слыл страстным картёжником. Он ни на минуту не отрывался от ломберного столика. А есть-то хотелось! Вот и придумал изобретательный лорд удобный вид бутерброда: ломтик ветчины или сыра между двумя ломтиками хлеба, чтобы не пачкать рук!

Лорд Сэндвич мнил себя великим государственным деятелем, но – вот они, гримасы земной славы, – в истории остался как изобретатель закрытого бутерброда, что, на мой взгляд, тоже совсем неплохо!

Отныне, приготавливая аппетитные сэндвичи, не забывайте мысленно поблагодарить высокородного лорда!

Если уж продолжать кулинарную тему, то надо сказать, что вкусный десерт пралине – миндальные орехи, обжаренные в сахаре, – и изысканный соус бешамель названы в честь французов – маршала Плесси-Пралена и маркиза Бешамеля. Правда, эти господа ничем не отличились, кроме того, что любили вкусно поесть и наняли искусных поваров, имена которых история, увы, не сохранила.

Ну, теперь, я думаю, можно покинуть кухню и перейти в гостиную. У меня есть замечательная вещица, оставшаяся от деда, – брегет. Помните «Евгения Онегина»: «Пока недремлющий брегет не прозвонит ему обед»?

В XIX веке мужчины непременно имели пару таких часов – на каждой стороне по одному экземпляру. Не приличествовало иметь часы иные, кроме как славного парижского мастера Авраама-Луи Бреге. А они были недешёвые!

В начале XIX века часы носили под жилетом, а в середине – в наружном жилетном кармане. Цепочка брегета крепилась к пуговице. Причём молодые люди держали часы в верхнем кармашке, а с возрастом перемещали в нижний.

У Бреге были свои мастерские не только во Франции, но и в Швейцарии. В 1801 году мастер вышел и на российский рынок. Его часы носил, в частности, император Александр I.

Традиции и секреты Бреге сохранились до наших дней. Часы марки «Брегет» сегодня носят многие российские политики и высшие иерархи Русской православной церкви.

Не буду долго останавливаться на таких словах, как «маузер», «наган», «браунинг» и «кольт»! Достаточно сказать, что все это тоже фамилии – изобретателей и владельцев патентов на изобретение.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Английский язык с Р. Э. Говардом
Английский язык с Р. Э. Говардом

В книге предлагается произведения Роберта Е. Говарда, адаптированные (без упрощения текста оригинала) по методу Ильи Франка. Уникальность метода заключается в том, что запоминание слов и выражений происходит за счет их повторяемости, без заучивания и необходимости использовать словарь. Пособие способствует эффективному освоению языка, может служить дополнением к учебной программе. Предназначено для студентов, для изучающих английский язык самостоятельно, а также для всех интересующихся английской культурой.\"Метод чтения Ильи Франка\"Повести:Jewels of Gwahlur (Сокровища Гвалура)The Devil In Iron (Железный демон)Rogues In The House (Негодяи в доме)The Tower Of The Elephant (Башня Слона)

Роберт Ирвин Говард , Илья Михайлович Франк , Олег Дьяконов , Роберт Говард , Илья Франк

Языкознание, иностранные языки / Фантастика / Фэнтези / Языкознание / Образование и наука
Стежки-дорожки
Стежки-дорожки

Автор этой книги после окончания в начале 60-х годов прошлого века филологического факультета МГУ работал в Государственном комитете Совета Министров СССР по кинематографии, в журналах «Семья и школа», «Кругозор» и «РТ-программы». В 1967 году он был приглашен в отдел русской литературы «Литературной газеты», где проработал 27 лет. В этой книге, где автор запечатлел вехи своей биографии почти за сорок лет, читатель встретит немало знаменитых и известных в литературном мире людей, почувствует дух не только застойного или перестроечного времени, но и нынешнего: хотя под повествованием стоит совершенно определенная дата, автор в сносках комментирует события, произошедшие после.Обращенная к массовому читателю, книга рассчитана прежде всего на любителей чтения мемуарной литературы, в данном случае обрисовывающей литературный быт эпохи.

Геннадий Григорьевич Красухин , Сергей Федорович Иванов

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Поэзия / Языкознание / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия / Образование и наука / Документальное
История русской литературы XX века. Том I. 1890-е годы – 1953 год
История русской литературы XX века. Том I. 1890-е годы – 1953 год

Русская литература XX века с её выдающимися художественными достижениями рассматривается автором как часть великой русской культуры, запечатлевшей неповторимый природный язык и многогранный русский национальный характер. XX век – продолжатель тысячелетних исторических и литературных традиций XIX столетия (в книге помещены литературные портреты Л. Н. Толстого, А. П. Чехова, В. Г. Короленко), он же – свидетель глубоких перемен в обществе и литературе, о чём одним из первых заявил яркий публицист А. С. Суворин в своей газете «Новое время», а следом за ним – Д. Мережковский. На рубеже веков всё большую роль в России начинает играть финансовый капитал банкиров (Рафалович, Гинцбург, Поляков и др.), возникают издательства и газеты («Речь», «Русские ведомости», «Биржевые ведомости», «День», «Россия»), хозяевами которых были банки и крупные предприятия. Во множестве появляются авторы, «чуждые коренной русской жизни, её духа, её формы, её юмора, совершенно непонятного для них, и видящие в русском человеке ни больше ни меньше, как скучного инородца» (А. П. Чехов), выпускающие чаще всего работы «штемпелёванной культуры», а также «только то, что угодно королям литературной биржи…» (А. Белый). В литературных кругах завязывается обоюдоострая полемика, нашедшая отражение на страницах настоящего издания, свою позицию чётко обозначают А. М. Горький, И. А. Бунин, А. И. Куприн и др.XX век открыл много новых имён. В книге представлены литературные портреты М. Меньшикова, В. Розанова, Н. Гумилёва, В. Брюсова, В. Хлебникова, С. Есенина, А. Блока, А. Белого, В. Маяковского, М. Горького, А. Куприна, Н. Островского, О. Мандельштама, Н. Клюева, С. Клычкова, П. Васильева, И. Бабеля, М. Булгакова, М. Цветаевой, А. Толстого, И. Шмелёва, И. Бунина, А. Ремизова, других выдающихся писателей, а также обзоры литературы 10, 20, 30, 40-х годов.

Виктор Васильевич Петелин

Культурология / История / Учебники и пособия / Языкознание / Образование и наука