В Германии забыли слово «бутерброд». Точнее, «бутер» – «масло» и «брот» – «хлеб» немцы употребляют. Но «бутерброды» теперь едят только русские!

Да и «шлагбаумы» стоят только в России, хотя слово немецкое: «шлаг» – «ударять», «баум» – «дерево».

Навсегда ушло из немецкого и слово «парикмахер». Его заменило французское «фризёр», которое, в свою очередь, забыли французы.

Вспомним и такую важную деталь туалета, как галстук. Слово тоже немецкое: «хальс» – «шейный», «тух» – «платок». Но если вы захотите купить в Германии галстук, просите «краватте». Немцы его называют сегодня этим итальянским словом.

«Ярмарка»! Кажется, самое что ни на есть русское слово! Яркое, веселое, праздничное! Однако оно немецкого происхождения. «Яр» – «город», «маркт» – «рынок». Странно, что немцы от него отказались.

Великое переселение слов!

Любителям тёмного, крепкого пива портер, родиной которого является Англия, я расскажу одну забавную историю.

Приехав в Лондон, турист из России решил побаловать себя настоящим английским портером. Но официант упорно не понимал, чего от него требуют. Турист ещё и ещё раз, как ему казалось, с отличным прононсом повторял это английское porter. Началась суета. И по прошествии довольно долгого времени официант возвратился в сопровождении дюжего мужчины, одетого как носильщик. Да он и оказался носильщиком. Оказывается, сорт пива портер в Англии так давно никто не называет. Это старое название – porter’ ale, то есть «пиво грузчиков», – сохранилось только в России. Англичане же используют слово stout – «крепкий», «плотный». А «портер» в переводе с английского и есть «носильщик».

Французы забыли свое «пенсне». Pincer – «сжимать» и nez – «нос». Как это ни удивительно, но не употребляют они и легкое, изящное слово «бельэтаж». Мне кажется, напрасно. А мы эти слова бережём и ими пользуемся!

Некоторые иностранные слова мы переделываем на свой лад. Любопытна история происхождения слова «транжирить». Несмотря на то что оно давно русское, какие-то неуловимые французские черты в нём всё же проглядываются. Интуиция нас не подводит.

Русские баре в старину любили покутить за границей с размахом и щедростью. А на удивление иностранцев отвечали: как же иначе «а летранже» (a l’etranger)! «А летраже» значит – «за границей». Отсюда и появилось наше русское «транжирить», то есть сорить деньгами.

Немецкое «траф» (traf) означает «попал». Имеется в виду «в цель». Мы его превратили в такое русское, такое «вкусное» слово «потрафить», «потрафлять», то есть угодить, услужить, ублажить.

Английское «Воксхол» (Vauxhall) – название увеселительного заведения близ Лондона – у нас теперь стало обычным «вокзалом». Хотя в 30-х годах XIX века этим словом называли помещение для концертов при станции железной дороги в Павловске. Англичане же, как вы знаете, словом «воксхол» не пользуются. Они говорят railway station.

«Витязь», «меч», «шлем», «серьга» – эти древние слова кельтского, готского, скандинавского происхождения сохранились только в славянских языках.

Все эти слова настолько обрусели, что мы давно перестали узнавать в них иностранцев.

Люблю я это слово!

Некоторые иностранные слова и выражения мы чаще употребляем в их оригинальном звучании, чем в русском эквиваленте. В отличие от тех слов-«эмигрантов», которые мы вспоминали чуть выше, эти не кажутся нам русскими. Мы отлично знаем, из какого языка они пришли. Нравятся они нам – вот и всё!

Нередко вместо выражения «навязчивая идея» мы говорим «идея фикс». Это короче. Разговор «наедине» заменяем разговором «тет-а-тет». Мы назначаем не «свидание», а «рандеву». Романтичнее. «Презентация духов» – скучно! «Презентация парфюма» – шикарно! Все эти выражения французского происхождения.