Читаем Змий полностью

— О чём Вы, Сильванус? Где вы здесь алхимию увидели? — всё ещё ошарашенная силой студента её факультета, отстраненно задала свой вопрос Минерва, что пыталась склеить свою разбитую картину мира. Она ведь решила, что пол был преобразован в металл при помощи трансфигурации, а так как соответствующих для этого движений палочки она не увидела, то сделала вывод, что Стив выполнил её без палочки и невербально.

— Эххх… молодежь, — покачал головой на недоумение Минервы профессор по уходу за магическими существами, — совсем худосочным стало образование ныне, если даже профессор и декан не способен отличить алхимию от своего профильного предмета.

И пока Минерва в очередной раз за неполные пять минут пыталась склеить разбитую в дребезги картину мира, слово взяла Патриция Нотт, кузина Натана Нотта, нынешнего главы этого рода боевиков, и занимающая уже как три года должность преподавателя ЗОТИ в Хогвартсе.

Мисс Нотт была очень любопытной во всех отношениях девой. В силу своего непримиримого конфликта с двоюродным братом, когда Патриция пошла против воли главы и отказалась выходить замуж за выбранную ей Натаном кандидатуру, она тут же оказалась в опале. И быть бы ей вышвырнутой и отлученной от рода, не будь она мастером темной магии и чар. Натан побоялся до такой степени накалять конфликт, но всё связи рода с ней оборвал.

А так как большинство глав родов сходились во взглядах на институт договорных браков, то «проступок» Патриции не был понят высшим светом магической Британии, из-за чего по сути молодая девчонка (двадцать девять лет), оказалась в опале и своеобразном социальном вакууме. Друзей среди полукровок и маглорожденных у неё не было, а аристократы перестали с ней поддерживать общение.

После этого эксцесса, который продолжительное время обсуждался в кулуарах на всех приемах, организованных английской знатью, на протяжении аж полугода, её перестали приглашать на подобные мероприятия и девчонка стала белой вороной.

Но Альбус держал нос по ветру и, не будь дураком, сразу же попробовал прибрать такой ценный ресурс к своим рукам, предложив Патриции работу в Хогвартсе у себя под крылышком. Он вообще большой коллекционер и любитель редкостей, и если Слизнорт набирает связи в высокопоставленных кругах и рад каждому новому знакомству с интересной личностью, то Альбус же в своей страсти пошёл дальше. Ему нравится быть распорядителем всего, что ему понравилось, в том числе жизней и судеб приглянувшихся ему разумных.

Но увы для Дамблдора, Патриция оказалась далеко не дурой, что в принципе логично, два мастерства в таком юном возрасте — это большое достижение и признак незаурядного ума. Так что стоило ей только оказаться в Хогвартсе, заполучить в свои руки контракт с алтарём школы, который невозможно разорвать без её на то желания (при условии, что она исправно исполняет свои педагогический обязанности), она сразу де прямым текстом послала доброго дедушку.

И вот сейчас эта леди, которая, вот неожиданность, уже некоторое время заглядывается на полурослика Филиуса, заговорила.

— Вас только это удивило? А ничего, что только что какой-то желторотый юнец, который всего пять лет изучает магию, вдруг выдает скорость передвижения недоступную даже мне, и плюс ко всему продемонстрировал наличие, как считалось, безмерно редких знаний и умений в алхимии?

Патриция уже сделала некоторые выводы, и каждая из возможных теорий, объясняющих только что произошедшее на её глазах безумство, никакой радости ей не приносили.

— Ну, по поводу скорости, то тут скорее всего заслуга его учителя, профессора Дрейка. Больше было некому снабдить Стивена боевыми стимуляторами.

— Помона, не в обиду будет вам сказано, но вы недостаточно компетентны в области боевой магии. И в силу этого вам вряд ли известно, что для умелого применения боевых стимуляторов и продемонстрированного только что уровня обращения с возросшей силой и скоростью, требуются годы тренировок. Нужен опыт, — ответила Патриция Помоне Спраут.