Уже намного позднее этих событий, когда слава основателей разлетелась по всему Альбиону и далеко за его пределы, гоблины сумели понять, кто был отцом мора, который поставил их расы на грань вымирания. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, ведь Салазар уже был прославленным зельеваром, алхимиком и химерологом, а также признанный миром Темным Лордом. И с того дня, как этим ксеносам стало известно имя палача их расы, что был повинен в смерти больше четырёхсот тысяч гоблинов, его именем стало нарицательным. Им стали пугать своих детей матери, а юношей, которые рвались на Землю людей полакомиться парной человеченкой, более взрослые сородичи.

До тех пор, пока в Англии были живы основатели, гоблины больше не покидали своих нор.

И как я вижу, судя по реакции короля этих маленьких уродцев, его мама рассказывала ему в детстве страшные сказки обо мне.

— Не трясись! — мои слова сопровождались ментальной пощёчиной, которая должна была привести в порядок его разум и немного абстрагироваться от чувства страха передо мной, — я пришёл к Вам, чтобы положить свои деньги в ваш банк. Естественно в рост. У вас будет доступ к моим активом для ваших проектов, но под десять процентов годовых. Ты меня понял? Отвечай!

— Дддааа, Ллооррд! — всё так же трясясь от страха, но уже вполне осмысленно ответил он мне, ну когда понял, что я пришёл не по их души, а всего лишь в качестве клиента. Ну а то, что я озвучил им немыслимые условия, так он был готов мне сам приплачивать, без всяких вложенных денег в их банк, лишь бы я оставил им их никчёмные жизни. Сейчас самые лучшие условия имеют вкладчики из древних родов магов, которые смогли принудить их к капитуляции в последней войне с этим народцем и получают они всего лишь пять процентов годовых. Число таких вкладчиков не велико, из памяти короля я узнал, что это всего лишь пятьдесят семей. Все остальные имеют три процента и то, если сумма вклада превышает десять тысяч золотых. Если сумма меньше, то ни о каких депозитных вкладах и речи не идёт. Маг может только снять ячейку в их банке и хранить там свои сбережения. Сама ячейка стоит пятьдесят золотых монет, и каждый год требуется абонентская плата в десять золотых.

Я сделал вклад в девяносто тонн золота, десять оставил в кубышке на своём острове, куда никто кроме меня и Марии с Конеко доступа не имеет. Да, я наконец-таки дождался изобретения чар аппарации, а уже имея полную информацию по этим пространственным чарам, смог разработать порт-ключи, до которых современная магическая наука пока ещё не дошла. Два единственных созданных мною порт-ключа я привязал кровью к Марии с Конеко, чтобы они могли перемещаться на остров в бунгало и отдыхать на море, правда мой личный домик в центре острова для них закрыт, там то и лежат оставшиеся десять тонн моего золотого запаса.

Ну вот и всё! Деньги в банк я положил, и никаких тревог я по этому поводу не испытывал. Гоблины моё золото будут оберегать пуще собственных жизней, ведь помимо кабального магического договора, который мы заключили с главой клана Гринготт, который представлял всю свою расу, они до испражнения кишечником боялись меня прогневать. Вот что делает многовековой и правильный пиар. Одно моё имя стало лучшим гарантом честных сделок, нежели правильно составленный магический контракт.

И теперь золотой ключик от сейфа, инкрустированный рубинами с гордой циферкой «1» на нём, лежал у меня в пространственном кармане.

Можно отправляться обратно на континент, ведь я так и не побывал ещё на своей исторической родине из моей жизни в прошлом мире.

Глава 9: Ты ли это, герой из моего детства?!

В Англии, после того, как я решил вопрос с гоблинами, меня больше ничего не держало и мой путь лежал обратно на континент.

Я то и посетил Гринготтс в первую очередь не ради открытия счёта, а для того, чтобы узнать, как поведёт себя мой новый духовный артефакт, окажись со мной рядом ксеносы, любящие полакомиться человеченкой. И мною было выяснено, что хоть цепь и реагировала на ксеносов, но не давила на меня и скорее всего это было связано с договором о ненападении на людей, подписанного между человеческими магами и расой гоблинов. Не будь этого договора, что удерживает их внутренние порывы накинуться на любого, кто не принадлежит их расе, то цепь бы давила на меня, принуждая к их истреблению. Но так как я сам был не против подобного действия, я и решился проверить свою цепь на них. В общем, пока они сидят в своих подземельях и соблюдают договор, они будут жить.

Мой же дальнейший путь лежал в Молдавское княжество, а если точнее, то в Приднестровье.