Парни, оставшись втроем против десяти, лишились былой плотности огня и быстро отправились к праотцам. Стрельба вновь затихла, сменившись гулом в ушах. Похоже, выстрелы слишком сильно отдавались от каменных стен и потолка.

Я помотал головой, пытаясь привести слух в нормальное состояние, но бросил эту затею. Мы двинулись по храму, проверяя, не остался ли кто из уродов в живых, ни притворился ли мертвым, чтобы потом всадить кому-то из нас пулю в спину.

— Про это напишут в газетах, — проговорил Джо.

— Думаю, сегодняшняя история станет основой для какой-нибудь легенды, — ответил ему голос из прохода, ведущего к колокольне. Через пару секунд из него появился дон Гвидичи собственной персоной. — Может быть, даже день в календаре будут звать «Днем Резни в Церкви Марии Магдалины».

Старик был жив и здоров, а вот Семья, похоже, лишилась и второго капо. Он подошел к трупу толстяка в шляпе, толчком ноги перевернул его и усмехнулся.

— Похоже, теперь война действительно закончена.

Эпилог

Генри позвонил нам и сказал приехать в «Сицилию» и не забыть надеть лучшие костюмы. Мы с Джо оба понимали, что это значит, но волновались. Развод людей на подставных уличных гонках, угон грузовиков с запчастями и грабеж ниггерского ломбарда казался детскими играми в песочнице после всего, что нам пришлось пережить.

Ведь потом мы мотались по городу, разрушая чужие и защищая свои бизнесы. Участвовали в убийстве босса ирландской банды, а потом выбросили из окна небоскреба консильери вражеской семьи. Двое ублюдков из Бюро после того, как их нам заказали, отправились на тот свет, а еще один получил на голову ушат дерьма и сбежал в Европу.

И мы все равно волновались, потому что все, что мы натворили, делалось именно для этого момента. Джо настолько переволновался, что купил белый костюм с серебристым галстуком. Я оделся в более классическом стиле — черный костюм и широкий галстук в черно-красную полоску. А потом мы сели в мою старую машину, которая все это время простояла на платной парковке, и поехали в пиццерию.

Развалюха, от которой я уже успел отвыкнуть, смотрелась среди остальных машин, будто бомж, случайно попавший на королевский бал. Я мог позволить себе купить тачку гораздо дороже и круче, хоть угнанную с перебитыми номерами у знакомых негров, хоть новую из автосалона, правда, для этого мне пришлось бы отмыть часть своих доходов, но не успел: все случилось слишком стремительно.

Когда мы вошли в ресторан, администратор на входе улыбнулся и, молча, показал на дверь за своей спиной, куда нам раньше не было доступа. Мы беспрепятственно прошли мимо него и оказались в толпе людей, большинство из которых уже видели на похоронах, но лично были знакомы только с Генри, да с Джозефом.

Протолкнувшись к солдату мафии, по очереди пожали ему руки, но не получили никаких разъяснений. Да и вообще, все предпочитали молчать, будто ждали чего-то. Вот и мы с Джо заняли место у стены и принялись разглядывать стену.