Читаем Зловещее проклятье полностью

Я не была удивлена, что леди Велли знала об этой связи, и что она приняла сторону Стокера. Она была, когда это подходило ей, стойким чемпионом. — Я не могу не согласиться, — сказала я ей. — Но в прошлом году Стокер столкнулся с де Морганом. Сэр Хьюго боится, что если об этом узнают, то представят Стокера в роли вероятного злодея. Мы хотим очистить его имя от любых подозрений, — предупредила я возможный вопрос.

— Конечно, вы хотите. Любой человек сделал бы это в сложившихся обстоятельствах, и вы будете бегать наперегонки вместе с ним, потому что вы сделаны из той же материи. Занятная вы парочка, вечно сражаетесь с ветряными мельницами. Вы безрассудные дьяволы, — кисло сказала она. Она посмотрела туда, где Стокер балансировал на тонком железном луче, примерно в сорока футах над каменным полом.

— Вряд ли, — сказала я, игнорируя подвиги Стокера. — Как только газеты узнают об этом, репутация Стокера снова будет разрушена. Я не уверена, что он сможет это выдержать. И еще остается вопрос с моим отцом, — добавила я многозначительно.

Леди Велли посмотрела на меня жестким взглядом. — Ваш отец порой совершенная задница. — Она замолчала, яростно пожевывая нижнюю губу. Ее искривленные руки сжали трость. — Я сказала Его Королевскому Высочеству, что Стокера нечего бояться, что он настоящий, честный британец, но слушал ли он? Нет, упрямый козел.

— Почему принц ополчился против Стокера сейчас? — потребовала я. — Мы работаем партнерами в течение нескольких месяцев, мы живем в необычных условиях, и мы были вовлечены в два уголовных расследования. За все это время с его стороны не было высказано никаких возражений. Почему сейчас?

Леди Велли выглядела несколько смущенной. — Когда мы впервые обсуждали вашу дружбу со Стокером, я не была полностью откровенна с Его Королевским Высочеством о прошлом Стокера. У Берти глубокий ужас перед разводом. Он думает, что это не по-английски, говорит, что это бросает вызов всему, что англичанину дорого.

— История развода Темплтона-Вэйна была в каждой лондонской газете. Как же он не знал об этом?

Она пожала плечами. — Респектабельные газеты были больше обеспокоены извержением Кракатау, чем грязным бракоразводным процессом. Разговаривая с Берти, я подчеркивала связь Стокера с Темплтон-Вейнами и не упомянула о более ярких моментах его истории. Мне жаль говорить, что это заставило Его Королевское Высочество рассматривать меня как менее надежный источник в том, что касается Стокера, — сказала она, скривив губы. — Он думает, что я слишком люблю мальчика, и отказывается поверить моей оценке Стокера. Естественно, теперь он смотрит на него с некоторым предубеждением.

— Тогда мы должны убедиться, что правда о местонахождении Джона де Моргана установлена до того, как сюда вмешают Стокера, — мягко сказала я. — Сэр Хьюго указал, что официальная позиция заключается в том, что Джон де Морган исчез по собственному желанию.

— Это официальная позиция, — сказала она, внимательно наблюдая за мной. — Но я чувствую что-то еще затевается. Что-то происходит в Особом Отделе, и в настоящее время ситуация немного туманна.

Я прищурилась. — Что вам известно?

Она покачала головой. — Ничего такого.

— И вы бы не сказали мне, если бы знали, — бросила я вызов.

Выражение ее лица сделалось лукавым. — Дитя, жизнь воспитала во мне секретность. Я научилась хранить тайны. Конечно, я бы не сказала вам все. Тем не менее, я бы предложила вам: если вы можете помочь очистить имя Стокера от любой возможной вины в этом вопросе — сделайте это. Мне бы не хотелось, чтобы он был пешкой в чужой политической игре.

Мы молчали долгую минуту, наблюдая, как рабочие боролись с растениями в горшках. Стокер над головой быстро что-то делал с трубами, железный каркас мощно содрогнулся, и поток пара превратился в теплый, нежный туман. Раздались крики приветствия рабочих, и Стокер начал свой спуск.

— Это все совершенно абсурдно, — взорвалась я. — Даже если бы его заподозрили, Стокер не мог этого сделать. Он был здесь в Бишоп-Фолли, — указала я. — Я поклянусь в этом.

Она посмотрела на меня с жалостью. — Вы действительно думаете, что вам разрешат давать показания на этот счет?

Я прищурилась. — Но это правда. Я его алиби.

Она понизила голос до шипения. — Вероника, вы будете уничтожены, если ваш отец пожелает этого. Задумайтесь. Если Стокера обвинят в убийстве, вы действительно допускаете, что полулегитимной дочери принца Уэльского будет позволено выставить себя на обозрение публики? Само ваше существование угрожает основанию монархии. Вы никогда не сможете играть публичную роль.

Жара была такой же удручающей, как рука, зажимающая мой рот, не дающая мне дышать. — Это абсурдно. Если бы это означало спасение жизни человека…

— Вспомните Майлза Рамсфорта, — сказала она. — Все следы вашей причастности к расследованию были удалены. И этого тоже будут.

Я начала протестовать, но леди Велли покачала головой. — Ваш отец заключил бы сделку с дьяволом, если бы думал, что это будет хорошо для монархии.