Аманда съежилась от страха. Нет, она не выдержит еще одной беседы с доктором Миллером! Накануне он задал ей столько вопросов, что у нее буквально голова распухла. Что произошло, да как, да о чем она думала, да как себя чувствовала…

Аманде ужасно не хотелось встречаться с ним снова. К чему эти бесконечные разговоры, если все можно было свести к одному имени? Одному зло вещему, страшному имени…

Крисси!

Крисси

— До встречи, улица Страха! Мы едем в Сихейвен! — весело воскликнула Аманда, когда отец вывел машину, где сидела вся их семья, на дорогу. Оглянувшись назад, девочка смотрела, как их дом становился все меньше и меньше, пока совсем не исчез из виду.

Из кармана шорт цвета хаки Аманда извлекла большую желтую заколку для волос и собрала свои длинные каштановые волосы в конский хвост. Потом она скинула кожаные босоножки и засучила рукава легкой желтой тенниски. Откинувшись на спинку сиденья, она улыбнулась детям, расположившимся справа от нее на заднем си денье. Ее брату Кайлу было восемь лет, а сестре Мерри — три.

Через несколько минут сиденья стали горячими и липкими.

— Ты не хочешь включить кондиционер? — спросила Аманда отца.

— Он включен, — ответил мистер Конклин.

— Но мы ничего не чувствуем! — захныкал Кайл.

— А мне холодно! — из чувства противоречия заявила Мерри.

Аманда посмотрела в окно на старые дома погрузившиеся в тень. «Улица Страха выглядит такой нормальной днем, — подумала она. — Но ночью… — Она вздрогнула. — Почему я думаю об этом сейчас? Ведь мы уезжаем!»

Девочка была счастлива, что не придется торчать все лето в Шейдисайде. Вместе с семьей она проведет каникулы у моря, в Сихейвене. Ее родители сняли дом на побережье и собирались совместить там отдых с работой.

Ее отец, служивший в государственной адвокатской конторе, защищал в суде людей, которые были слишком бедны, чтобы нанять своего адвоката. Он договорился, что этим летом не будет участвовать в судебных разбирательствах, и наконец-то у него появилось время разобраться с накопившейся горой документов.

Миссис Конклин была журналисткой и писала сейчас статью под названием «Новые виды стрессов у сегодняшней молодежи». Она рассчитывала завершить работу в Сихейвене.

Когда их машина выехала наконец на автостраду, миссис Конклин повернулась назад, к детям.

— Аманда, — задумчиво проговорила она, — скажи, пожалуйста, что является для тебя главным источником стресса?

«О, только не это! — беззвучно застонала Аман да. — Ради Бога, не начинай опять задавать мне эти вопросы! Не могу их больше слышать! Пощади!»

— Ну? — напирала миссис Конклин. — Я знаю, что в твоей жизни множество стрессов, но какой из них кажется тебе самым сильным?

Иногда Аманда чувствовала себя подопытным кроликом для статей матери.

— Сидеть рядом с этой парочкой! — сухо ответила она, кивая на Кайла и Мерри. В этот момент Мерри со счастливым выражением лица размазывала по рубашке Кайла виноградный джем со своего бутерброда, с джемом и арахисовым маслом.

— Эй! А ну прекрати! — возмутился Кайл.

Мерри весело захихикала, тряся растрепанны ми каштановыми кудряшками, и изо всех сил шлепнула бутербродом по прямым светлым волосам Кайла.

— А я ласчесываю твои волосы! — жизнерадостно пролепетала она.

— Я сказал, перестань! — крикнул Кайл. — Теперь видишь, что я имею в виду?! — воскликнула Аманда.

— Ты-то что жалуешься? — проворчал Кайл. — Это меня тут зажали со всех сторон, и отовсюду мне достается!

Миссис, Конклин обернулась и ласково отвела ручки Мерри от Кайла. Затем она попыталась оттереть джем от рубашки сына.

Мерри тем временем дотянулась до стоявшей сзади клетки с канарейками и сдернула прикрывавший клетку платок. Аманда дала канарейкам не совсем обычные имена — Соль и Перец. Дело в том, что у одной из них на желтом хвостике было белое пятно, а у другой на крыльях — целая россыпь черных пятнышек.

Как только с клетки сняли покрывало, птицы немедленно запели. Рыжий полосатый кот Аманды по имени Мистер Джинкс тут же взволнованно заворочался в своей корзине, которая стояла на полу между Амандой и Кайлом.

— Иди ко мне, Джинкси, — ласково сказала Аманда, сажая кота к себе на колени. Мистер Джинкс лизнул ей руку и довольно свернулся клубочком.

— И все-таки, Аманда, что ты считаешь самым сильным стрессом в своей жизни? — взялась за свое миссис Конклин.

«До чего же я ненавижу эти вопросы!» — мысленно застонала Аманда. Но она знала, что мать не отвяжется, пока не получит серьезного ответа.

— Алгебру, — сказала Аманда.

Улыбка исчезла с лица матери. Ее большие темные глаза утратили свой взволнованный блеск.

«Почему я так ответила? — удивилась Аман да. — Впрочем, получилось неплохо: стоило напомнить им, как я провалилась по алгебре и как они не упускали случая пристыдить меня за это… Что ж, ладно, — думала Аманда, почесывая Мистера Джинкса за ухом. — Теперь уж ничего не поделаешь. Жаль, конечно, что маме и папе придется искать няню для Кайла и Мерри. Я ведь обещала, что помогу. Но теперь, когда я по полдня ежедневно буду проводить в летней школе в Сихейвене, из этого, конечно, ничего не получится».