Читаем Злое счастье полностью

В дороге его нагнала осень. Подстерегла Отступника на повороте лесной дороги и прыгнула с низкой ветки на плечи рыжей бесстрашной рысью. Несколько дней Сванни бежала с быстроногой осенью, как говорится, ноздря в ноздрю, а потом сдалась и безнадежно отстала. Но ни бесконечный дождь, ни резкий ветер не смогли остановить ее настойчивого хозяина на пути к цели. Жаль, что вороная кобыла не умеет говорить человечьим голосом и оттого не сможет никому похвастаться, как побила все рекорды выносливости. Но чего не сделаешь ради любимого хозяина? Ее-то Рыжий как раз жалел, а вот себе спуску не давал. Крепко-накрепко запретил себе фантазировать лишнее до тех пор, пока не услышит самое главное из уст леди Гвварин. Не юнец уже, и терпения ему не занимать. Одно пугало – нервная лихорадка, медленно сжигающая изнутри, которой он не мог дать имя. Она больше всего напоминала… Но даже в мыслях Мэй не смел повторить это слово. Не то что вслух вымолвить.

Дорога стелилась под копыта, мосты выгибали каменные спины, раскрывались приветливо двери придорожных трактиров и ворота городов, а лихие люди не казали носа из чащобы. Добрая леди Эссирэт Увядание покровительствовала безумцам и влюбленным, Небесный Игрок глядел на проделки своего подопечного сквозь пальцы, а Всеблагая вообще решила немного помочь. Повесила в небе сразу две луны и раскрасила закаты золотым и алым. Она-то могла.

В полдень снова пошел дождь, и никто не узнал в одиноком закутанном в плащ всаднике Отступника Мэя. Даже пожелай Рыжий специально остаться неузнанным, у него не вышло бы удачнее. Как бы ни хотелось ему встретиться с Хелит, как бы ни жаждал услышать ее голос и увидеть лицо, но князь не посмел оскорбить женщину своим диким видом: разбойничьей бородой и одеждой, пропитанной собственным и лошадиным потом. На носы придворных и Альмара ему было глубоко начхать, но Хелит он позорить не стал. Поэтому Мэй направил стопы в дом Тайгерна, справедливо полагая, что брат сумеет заставить свою дворню держать языки за зубами хотя бы до вечера.

Тайго отказался верить глазам и для надежности потрогал гостя за плечо.

– Это – я, – с усмешкой заверил его старший брат.

– Но… почему? Зачем?

Лорд Тайгерн терялся в догадках. Он же своими ушами слышал, как Мэй кричал, что покажется в Лот-Алхави в одном-единственном случае: если воскреснет из мертвых их отец. Много лет Отступник держал слово, отклоняя самые вежливые и изысканные предложения. И вдруг такое диво…

– Что-то случилось с Сэнханом? – ужаснулся Тайго, делая одно за другим самые ужасные предположения. – Армия разбита? Ты бежал?

– Не дождетесь, – хмыкнул Мэй, имея в виду лот-алхавских «доброжелателей». – Дэй’ном не сделали и шага на правый берег Бобрового ручья. А насколько я знаю, Сэнхан в добром здравии, его младшенький тоже.

– Но ты-то что делаешь в Лот-Алхави?

– Соскучился, – беззлобно огрызнулся Рыжий. – Так-то ты встречаешь непутевого брата? На пороге держишь, в дом не зовешь, баню не топишь. Я – так пир закатил в твою честь, а ты…

И только такой наглый попрек вывел Тайго из ступора. Тот устыдился, чуть ли не до слез. Принимать укор брата за чистую монету он, конечно, не стал, но ведь и сам понимал, что повел себя глупо. В конце концов, Рыжий – не беглый каторжник, которого должна стыдиться родня. Досталось же, как водится, прислуге, чья исполнительность была тут же проверена на прочность. Лот-Алхави до сего дня не ведал такой быстроты обслуживания. И пока Мэй блаженствовал в парной, выгоняя из пор дорожную грязь и усталость, Тайго в хвост и в гриву погукал челядь, самолично проверяя, насколько добротно будет обихожен нежданный гость. Приезд Мэя взволновал его до заикания, заставляя гадать об истинных причинах подобного демарша. Голова Тайгерна пухла от предположений и возможных вариантов, потому что Рыжий никогда и ничего не делал просто так. Даже в те годы, когда был жив Финигас, Мэй слыл расчетливым и дальновидным. Мысль о письме Хелит, отосланном с его непосредственной помощью, посетила Тайгерна в числе последних. Крайт прибыл только вчера, но в его докладе не содержалось ничего подозрительного. Гонец клялся, что Рыжий письмо прочитал, сдержанно поблагодарил и дал немного денег на мелкие расходы в знак благодарности. Обычное дело. Но получается, что Мэй выехал следом тем же днем. Теперь Тайго жестоко сожалел о своем благородстве, не давшем ему прочитать письмо леди Гвварин к брату. Она не зря так волновалась и не зря стремилась укрыть свое послание от глаз Риадда ир’Брайна. Что же там было?

Мэй тщательно вымыл волосы, а потом безропотно отдался в руки брадобрея. Ну может он себе позволить хоть разок почувствовать себя князем, а не грязным наемником, наскоро скребущим щеки походным ножом?

– Ты опять был ранен? – спросил Тайгерн, отыскав в коллекции шрамов Рыжего новинку.