Муан проснулся в таком же дурном расположении духа, в каком и засыпал. Он угрюмо уставился в потолок, ни о чем толком не думая, но продолжая чувствовать себя крайне подавленно. Сделав тяжелый вздох, он сел, после чего заметил лежащую на столе белую паровую булочку и следом – спящего в дальнем кресле Шена.

Что за одинокая сдоба на столе? Когда Муан засыпал, ее точно не было, значит, принес Шен. Очевидно, булочка предназначается Муану. Он аккуратно, двумя пальцами поднял ее и поднес к глазам. Та уже давно остыла и немного подсохла.

Муан все еще не мог уловить, что это значит.

Он должен ее попробовать или это не для еды?

Мечник снова посмотрел на спящего в кресле Шена, окинув его более внимательным взглядом, и теперь до него стало кое-что доходить. Одежда Шена и даже волосы в некоторых местах были испачканы мукой.

«Он назвал меня придурком и улетел как от огня, чтобы приготовить для меня булочку? – Что-то в этом предположении явно не стыковалось. – Вряд ли он приготовил только одну булочку. Может, он приготовил много, спокойно съел их, а оставшейся решил-таки поделиться со мной? – Звучало более правдоподобно. – Что ж, хотя бы это довольно неплохо. Еда, приготовленная Шеном. Попробуем!»

С этими мыслями Муан откусил кусочек.

Выражение его лица почти сразу стало крайне болезненным.

«Нет! Ложные выводы! Он решил меня отравить! Как я мог так глупо попасться на единственную булочку на столе!»

Пока Муан бледнел и зеленел, Шен проснулся, почувствовав движение, и с интересом уставился на него.

– Ну как тебе?

– Ты НАСТОЛЬКО на меня зол?! – прохрипел Муан.

Шен озадаченно посмотрел на мечника.

– Невкусно?

– Да ты знаешь толк в мести!!

– А ну отдай мою булочку! – расстроился Шен. – Кто тебе вообще сказал, что она для тебя?

Муан слабо дышал, откинувшись на диван.

– Не может все быть настолько плохо! – возмутился Шен. – Дай я попробую!

Он подошел к Муану, перегнулся через столик и попытался вырвать булочку, зажатую в его сведенной судорогой руке.

– Что? Решил совершить самоубийство? – воспротивился Муан и запихал всю оставшуюся булочку себе в рот.

– Да если ты помрешь, я тоже кони двину! – взывал Шен. – Выплюнь каку! Выплюнь!

«Да уж… Не такого эффекта я ожидал», – потрясенно подумал он, глядя, как Муан давится, но глотает булочку. Судя по ощущениям через их связь, мечник преувеличивал не так уж сильно.

[Я была права!] – гордо сообщила Система.

«Когда?»

[Когда говорила, что это для отравления].

«Вот с таким вот желанием примирения, черт возьми, приготовлено», – кисло подумал Шен.

Муан прекратил изображать исходящегося конвульсиями умирающего заклинателя и громко рассмеялся, схватившись за живот.

«Я так и не понял, кто над кем поиздевался», – констатировал Шен.

<p>Глава 130. Они пожелали обсудить спорные моменты (увы)</p>

Муан продолжал смеяться, а Шен отошел и сел на кровать, стоящую в стороне у стены.

«Что на меня нашло? Как я вообще додумался до такой светлой идеи?» – поразился он.

– Что стало с остальными булочками? – роняя слезы, уточнил Муан.

– Беспокоишься, что я отравлю ими окрестных фейри?

– Пожалей хотя бы зимнего короля!

– Если бы и были еще булочки, они бы все достались исключительно тебе, – злорадно произнес Шен.

– Как жестоко! Воистину злодейство, достойное хозяина Проклятого пика! – оценил Муан, а Шен поморщился. – А если серьезно, на кой вообще ты взялся готовить? На кухне закончилась еда?

Шену пришлось всерьез задуматься, зачем он это сделал. Не обнаружив сегодня Муана на кухне, он отчего-то решил, что мечник там не бывает. Как глупо! Конечно же, он приходил в другое время и знал, чем именно там можно поживиться. Идея с булочками под веселым взглядом Муана превратилась в полнейший абсурд.

«Это все ночь, – решил Шен, – ночью странные мысли лезут в голову…»

Вообще-то, когда его посетила мысль приготовить нечто «примирительное», он не задумался, как это может выглядеть со стороны. Но сейчас, если прикинуть здраво, походило то ли на попытку убийства, то ли флирт…

«Чушь какая!» – мысленно фыркнул он.

Он всегда ощущал себя несколько социально неловким в вопросе проявления расположения к людям, а опыта в том, как проявить заботу, тем более по отношению к другу, у него не было и подавно.

«Не мог же я подарить ему в знак примирения цветы…»

«!!»

До Шена дошло, что в черном замке стоит розовый цветок, преподнесенный Муаном. Его лицо потемнело.

– Что такое? – заметил резкую перемену в настроении Муан.

Шен кинул на него такой испепеляющий взгляд, что мечник поежился и сразу стал припоминать, что такого успел сказать.

«Черт возьми! У меня и в мыслях не было, что это можно воспринять как-то двусмысленно… – Шен чувствовал ярость. – Муан, я тебе еще отомщу!»

Последнюю фразу мечник смог уловить.

– Отомстишь? – наигранно испугался он. – Булочки не хватило?

Шен кинул на него еще один уничтожающий взгляд и постарался лучше контролировать свои мысли.

«Система! Как главный герой за своими пассиями ухаживал?»

[Чего-чего?] – поразилась та.

«Ну… эм… конфеты, цветы, ресторан, кино… мне больше ничего в голову не идет».