– Да что ты за человек такой, – негодующе произнес он, делая шаг вперед. – Тебе следовало просто съесть эти чертовы пирожные и заснуть – и все закончилось бы мирно.

Шен медленно отложил в сторону свиток и взглянул на Муана. По их связи он ощущал, что мечник спит глубоким сном, вот только не смог вовремя разобраться, что этот сон сморил его не просто так.

[Поздравляем! Завершена второстепенная арка «Лунные пирожные с полынью»! Главному герою Шену начислено +100 баллов! Продолжайте стараться!]

«А почему мне? – ехидно уточнил Шен. – Пирожные со снотворным съел Муан, а баллы получил я. Система, разве честно?»

[Я…] – растерянно произнесла та и замолчала.

У Шена все равно не было времени продолжать с ней беседу, так как проблема в лице монаха никуда не исчезла.

– Отдай киноварную печать и забудь обо всем, что увидел! И тогда никто не пострадает.

Шен поднялся на ноги, пристально изучая незваного гостя. Было в нем нечто, несвойственное людям, пусть он и хорошо притворялся.

– Ты дух?

В глазах монаха проскользнуло удивление.

– Я – дух-хранитель этого места, – не стал юлить он. – И ты забрал то, что тебе не принадлежит. Отдай мне киноварную печать!

«Система, что это еще за хмырь? – позвал Шен. – Разве ты не говорила, что эта печать – мой бонусный предмет?»

[Все верно, – отозвалась та. – Но я не говорила, что другим она без надобности].

Шен оценивающе посмотрел на монаха перед собой. Отдавать ему печать не хотелось, да и монах внушительным воином не выглядел. Однако человеческая ипостась может быть обманчива. Духи, способные принимать человеческое обличье, очень сильны. К тому же Шен не имеет ни малейшего понятия, что за дух перед ним.

– Я ничего не крал, – проговорил он. – Эта печать, можно сказать, была дарована мне.

– Этого не может быть. Лишь моя хозяйка должна владеть этой вещью!

– Твоя хозяйка? – У Шена была только одна известная ему кандидатура на эту роль. – Ты говоришь о бессмертной Ми Лу?

– Да, моя хозяйка – богиня Ми Лу! Хватит разговоров! Отдай мне киноварную печать!

Монах ринулся на старейшину пика Черного лотоса, трансформируясь на ходу. К Шену летел в прыжке небольшой серый лис. Пусть размеры его и казались скромными, он разинул пасть, полную острых зубов, да и когти на передних лапах выглядели внушительно.

Шен отпрянул, а Волчара прыгнула на лиса, сминая в сторону. Два серых духа сцепились в клубок, послышались рычание и поскуливания. Лис, уступающий Волчаре в размерах, вцепился в волчью холку, и Шен видел, что его дух никак не может скинуть другого с себя. Волчара стала биться о стены, пытаясь отцепить лиса, и проломила хлипкие деревянные двери. Сражение перетекло во внутренний двор. Было очень шумно, а Муан так и не проснулся. Шен бросил на него мимолетный взгляд и кинулся вслед за духами.

Волчара, несмотря на свои размеры, неумолимо проигрывала. Шена пожирало беспокойство. Он не мог творить заклинательские печати, боясь зацепить Волчару. Оглянувшись по сторонам в поисках какого-нибудь оружия, Шен растерянно воскликнул:

– Мне нужен меч!

В тот же миг Волчара растворилась в воздухе, а в ладони Шена возникла рукоять Меча души.

Не медля, заклинатель ринулся на духа, но замер, уже занеся над ним меч. В глазах лиса сквозило потрясение.

– Она… такая же, как я, – произнес он, вновь обернувшись человеком.

<p>Глава 147. Дым синих полотен</p>

От едкого запаха свербило в носу. Зал был наполнен легкой дымкой, лучи утреннего солнца рассекали белесый туман и падали на пол яркими пятнами правильной геометрической формы. Синие полотна ткани, подвешенные под потолком, пожирались узкими языками оранжевого пламени. Во главе зала на широком резном кресле, словно на троне, восседал новый глава клана Тихих цветов – Сел Лар. Его длинные белые волосы раскинулись по подлокотнику, когда он отрешенно откинул голову. В алом и черном глазах отражался дым.

Мианни Ю зажала нос рукой, прежде чем войти в зал. Дым не рассеивался, несмотря на то что все окна в зале были распахнуты настежь. Выпрямив спину и переведя дыхание, женщина, нервно тряхнув рукой с надетыми на пальцы металлическими когтями, сделала первый нерешительный шаг вперед, а затем медленно миновала стражников у входа и спокойно вошла в зал.

Когда она шла столь медленно, по походке почти не были заметны ее увечья. Она подняла глаза, с настороженностью рассматривая тлеющие синие полотна.

– Чего ты там плетешься? Давай быстрее!

Выкрик господина заставил Мианни вздрогнуть и ускорить шаг. Правая нога плохо слушалась, женщина подволакивала ее. Она ненавидела эту свою слабость и то, что кто-то видит, как ей приходится ковылять. Больше никто и никогда не сделает комплимент ее походке с пленительным покачиванием бедер, никто не скажет, что завидует ее изяществу и грации кошки.

– Быстрее, я не могу ждать вечность.

Мианни Ю ускорилась, скача через зал, словно раненая макака, и с трудом сдерживаясь, чтобы не разрыдаться от унижения.