Читаем Злодейский путь!.. [том 3-4] полностью

Шен внимательно посмотрел на улыбающуюся ему женщину.

— Слушайте… — затем произнес он, — а в этом поместье… есть привидения?

Лири побледнела, улыбка застыла на ее губах, трансформируясь в нечто уродливое. Она вскочила со стула и забрала со стола книгу.

— Что за вздор вы говорите! — фыркнула женщина. — Вы наслушались небылиц от Риту? Она же еще ребенок, у нее бурное воображение! Простите, я вспомнила, что договорилась о встрече. Всего вам доброго!

С этими словами она поклонилась, а затем быстро скрылась в доме. Шен проводил ее грациозную фигуру задумчивым взглядом.

Шен шел в свою комнату, намереваясь попробовать кое-какую печать на проклятых предметах, когда его рассредоточенное внимание привлек легкий шепоток. Он вовсе не намеревался подслушивать, это вышло само собой. С другой стороны террасы, по которой он шел, за кустом азалии шушукались двое молодых людей. Девушка нежно держала молодого человека за руку, вид их отношений был ясен с первого мимолетного взгляда. Но гораздо более пристальный взгляд потребовался Шену, чтобы узнать в этой парочке внука Шуэра Шаола и дочку Лири от первого брака — барышню Сим Венти (если он правильно запомнил). Так вот на ком женится Шаол? Не было ничего удивительного, что долго находящиеся рядом молодые люди влюбились друг в друга, но и гордость Шитана за подобный союз казалась Шену преувеличенной.

Кинув еще один взгляд на воркующую парочку, он свернул направо, чтобы им не мешать.

— Ал! Теперь ты прячешься на крыше. А Аннис за колонной, вон там! Идите сюда, оба!

— Все так плохо, учитель? — уныло спросила подошедшая девушка.

Ал спрыгнул с крыши перед ними.

— Думаю, уже получше. Мне потребовалась целая секунда концентрации, чтобы понять, где вы находитесь.

Ученики не восприняли это как похвалу.

— Раньше я мог вас даже краем глаза заметить, — пояснил Шен.

Аннис немного воспряла духом после этих слов.

— Вы звали нас не без причины? — спросила она.

— Конечно. Идемте за мной, кое-чему научу вас.

Шен поманил их в свою комнату, где оставил шкатулку с проклятыми предметами.

— Присаживайтесь и смотрите, — произнес он, радушно указывая на пол.

Ученики расселись там, куда он указал, сам же он взял цветной мелок для письма и принялся рисовать перед ними небольшую печать, попутно разъясняя, для чего и как рисуется каждый символ. Ал и Аннис внимательно следили за каждым его движением.

Наконец, печать была готова. Шен достал из шкатулки кисть для письма и положил ее в центр печати.

— Теперь осталось напитать печать духовной энергией. Если все получится, нить приведет нас к хозяину этой вещи. Ал, давай.

— Я? — опешил тот.

— Конечно, ты. Тебе нужно тренироваться пользоваться своими духовными возможностями.

Ал замотал головой.

— Я… Я не уверен, что это хорошая идея. Меня больше привлекает путь меча.

Шен от подобного заявления несколько опешил.

— Но у твоих духовных сил огромный потенциал. Почему ты не хочешь использовать все, что у тебя есть?

— Я… — Ал нахмурился и замолчал.

Воцарившееся молчание прервала Аннис.

— Ты боишься? — дерзко предположила она. — Твои духовные возможности слишком для тебя велики. Боишься, что не сможешь сдержать силы. Учитель, я видела, сколько трудов он приложил, чтобы подавить их и взять под контроль.

Шен уже не в первый раз осознал, что он очень-очень плохой учитель. За своими личными переживаниями и проблемами, он совершенно не обращал внимания на главного героя и то, что с ним творится. Будь он внимательнее, давно бы заметил, и ему не потребовалась бы помощь Аннис, чтобы понять эту простую истину.

Что ж, в оригинальной новелле после тех трех месяцев заключения главный герой сильно переменился. Выйдя наружу, он стал гораздо меньше сдерживаться и играть роль послушного ученика, он не щадил любого, посмевшего хоть как-то задеть его, пусть даже случайно. Так он скорбел и так он злился, так он примирялся с кровью на своих руках, намереваясь запачкать их еще большей кровью.

Сейчас же у главного героя не было причины для такой злобы, он все так же продолжал играть роль прилежного ученика. И он боялся своих собственных сил, боялся того, что может навредить кому-нибудь, будет не в состоянии их сдержать. И у него не было никакой мотивации бороться с их обузданием. В этой версии он выбрал путь меча, потому что это то, что он может контролировать. Стоило ли все оставлять так, как есть? Бессилие для главного героя, конечно, является проблемой. Но ведь у него остается аура неуязвимости. А для Шена так будет безопасней, не так ли?

— Аннис, тогда ты попробуй.

Глаза Ала вспыхнули и потухли. Он не сводил с Шена пристального взгляда, но того сейчас больше интересовала печать.

«Посмотри на меня».

— Аннис, готова? Сложи пальцы вот так.

«Посмотри на меня!»

— Теперь вдохни поглубже и сосредоточься.

«Посмотри на МЕНЯ!»

— Что?.. Ал, аккуратнее, ты чуть было не задел контур печати. Давай, Аннис.

«Нет… Меня ты не видишь».

Печать загорелась теплым желтым светом. Аннис увидела, как блеклая нить обвила кисточку для письма и потянулась прочь.

— Ну что? Работает?

— Я вижу путь! Идемте за мной!