Главный герой ошарашенно посмотрел на него.

— Конечно, учитель!! — чуть ли не давясь слюной, громко воскликнул он.

Но Шена подобный ответ не совсем удовлетворил. Он решил уточнить:

— Именно моим личным учеником? Ты достаточно талантлив, чтобы выбрать пик по своему желанию. К примеру, пик…

— Учитель!! — перебил его Ал, подскочив к нему и вцепившись двумя руками в его руку. — Для меня честь быть именно вашим личным учеником!! Для меня вы!.. Именно вы! Вы!..

Что-то Шен не припомнил, что делал для Ала нечто настолько выдающееся, чтобы он так его почитал. Интересно, а если в будущем найдется человек, который будет проявлять к нему заботу и расположение, он так же переметнется? В любом случае, на данный момент ответ его устроил. Если что-то пойдет не так, всегда можно будет потом напомнить ему об этих его словах.

— Хорошо-хорошо, — усмехнулся Шен, глядя на волнение ученика. — Я просто спросил, так как плохо понимаю твои настоящие чувства. Многие ученики не слишком жалуют своих учителей, но мне бы не хотелось, чтобы ты молчал, утаивая обиды.

— Я всегда буду на вашей стороне, учитель! Что бы ни случилось! — пылко воскликнул Ал.

— А вот крайностей, пожалуйста, прошу избегать.

— Вы долго там будете отношения выяснять? — не выдержал Заг. — Разорались тут на всю комнату.

Ал густо покраснел, а Шен с интересом перевел взгляд на доктора Зага.

— Ну как? — спросил он.

— Конечно, целиком я не выяснил, но о некоторых составляющих могу судить. Ты прав — на струнах определенно яд.

Шен подскочил с кушетки.

— Вы можете сделать противоядие для Аннис?

— Так как я не знаю полного состава, я не уверен. Но могу попытаться дать ей кое-что, нейтрализующее действие известных мне компонентов.

— Это не опасно?

— Скорее да, чем нет. Я готов рискнуть.

Противоядие в тело девушки доктор Заг решил вводить особым образом: смазав им акупунктурные иголки, затем ввел их в важные жизненные точки.

Шен напряженно наблюдал за Аннис. Ее раздутый синий язык ужасно уродовал прекрасное лицо. Минута, две, три…

— Через сколько должно подействовать противоядие?

— В течение часа.

Шен продолжал ждать, не отходя от девушки. В какой-то мере он все же вжился в роль учителя, и чувствовал за нее свою личную ответственность.

Прошло около получаса, когда они с Загом заметили первые изменения. Еще через полчаса отек окончательно спал.

[Поздравляю!] — воскликнула Система. — [Вы спасли главную героиню!]

Шен почувствовал, что чего-то не хватает.

«Эй, Система, а где баллы?»

[А разве моих искренних поздравлений недостаточно?]

Шен решил, что разберется с этой заразой позже, так как Заг начал говорить:

— Думаю, теперь ее жизни ничего не угрожает. Я размещу ее пока у себя в лечебнице и понаблюдаю за ее состоянием несколько дней. Ночь была длинной. Вам тоже следует отдохнуть, старейшина Шен, вы выглядите еще хуже, чем при нашей последней встрече. Кстати, вы сами сломали барьер или вас кто-то выпустил? Просто интересно.

Шен смерил старейшину Зага оценивающим взглядом. Благоразумно ли оставлять на его попечение Аннис? Не то чтобы он доверял этому человеку. Но, здраво рассуждая, если не брать в расчет их личные размолвки, он все-таки мастер своего дела и ни за чем, порочащем звание доктора, замечен не был. Маловероятно, что он вдруг свихнется настолько, чтобы убить Аннис ради мести Шену.

— Хорошо. Присмотрите за Аннис. Завтра днем я непременно зайду навестить ее.

— Конечно, — чуть поклонился Заг. — Я распоряжусь, чтобы вам не препятствовали (а то ведь вы все равно пройдете, а лишние пациенты мне не нужны).

— Как… благоразумно.

Произнеся это, Шен направился к выходу.

— Так все же, — окликнул его доктор Заг, — как ты выбрался?

Шен обернулся и устало посмотрел на него.

— Я сделал подкоп, — затем заявил он, иронично подмигнув Загу, и, развернувшись, вышел прочь, оставив доктора сокрушаться таким просчетом.

Глава 58. Туманные силуэты

Несмотря на сильную усталость, заснуть Шен никак не мог. Странная… или не странная, учитывая все обстоятельства… боль в груди расползалась по телу, не давая расслабиться и сомкнуть глаза. А также мысли. В голове творился форменный беспредел из обрывков недодуманных фраз, по кругу проносящихся в черепной коробке.

Шен скрутился на кровати клубком, с головой спрятавшись под одеяло. Та маленькая мелочь, которая все еще могла на время вернуть ему детскую иллюзию защищенности. Под этим одеялом все хорошо.

Шен почувствовал, как по переносице и щеке скатилась холодная слеза. Впервые здесь он плакал не от боли.

Это была обида не только на Муана или на старейшин, он понимал, почему все перевернулось именно так. Это была обида на весь свет, где ему предлагалось существовать таким образом. Даже если он умер уже в своем мире, он бы предпочел родиться еще раз, чем помнить все и жить в теле другого человека, он… Нет.