— Лукас, если он не начнет двигаться в ближайшую минуту, нужно, чтобы парни на снегоходах проехали мимо. Если он просто сидит и ждет, они направятся дальше, словно катаются ради развлечения. А если он углубился в лес, мы должны знать об этом.

Лукас поднес рацию к губам.

— Ребята, поезжайте к нему. Спрячьте пушки под костюмами. И будьте осторожны. Не останавливайтесь, двигайтесь дальше. Если увидите его, просто помашите рукой.

Он повернулся к Климпту.

— Нам лучше расположиться у черного хода. Если он войдет, мы сразу увидим, есть ли у него оружие.

— Снайперы на крыше, — послышался голос из рации, — возможно, вам придется перейти на другую сторону, он может подойти сзади. Одному из вас следует переместиться туда немедленно и вести наблюдение.

— Принято.

— Если мы увидим, как он входит, то можем провести Уэзер вдоль конца Т-образного коридора, — сказал Климпт. — Он заметит ее от двери, но не успеет среагировать. А если побежит за ней…

Они мчались к заднему входу и на бегу уточняли детали, Уэзер и Карр спешили за ними. Бледный Генри Лейси стоял у столика дежурного с пистолетом тридцать восьмого калибра. Медсестры перешли в приемное отделение, где можно было укрыться за бетонными стенами.

— Мы только что проехали мимо его снегохода, — передал по рации Расти. — Его там нет. Кажется, он направился в лес. Не похоже, чтобы он надел снегоступы. Наверное…

Наступила тишина, а потом послышался тот же голос:

— Мы еще раз проедем мимо.

— Что они делают? — спросил Лукас у Климпта. — Не думают же они… — Он схватил передатчик. — Что вы делаете? Не возвращайтесь!

— Только что повернули назад.

Из рации послышался резкий звук, словно кто-то кашлянул или залаяла собака, и последнее слово, произнесенное помощником шерифа:

— Он…

Наступила тишина. Одна секунда, вторая. Лукас смотрел на рацию. Затем заговорил кто-то из снайперов на крыше:

— Мы слышим выстрелы! Выстрелы со стороны лесного участка Джейнса! Черт возьми, кто-то стреляет!

Глава 26

«Уэзер — ключ ко всему, но спешить не следует. Нужно подождать. Пусть полицейские разойдутся по домам», — решил Убийца, после того как Дэвенпорт и Климпт ушли.

Он открыл зеленый армейский шкафчик, снял верхний поднос, на котором лежало все необходимое для чистки оружия, патроны и запасные обоймы, и заглянул на дно.

Там он спрятал два автоматических пистолета и два револьвера. После некоторых колебаний он выбрал автоматический девятимиллиметровый браунинг и самовзводный кольт «питон магнум» триста пятьдесят седьмого калибра.

Патроны были холодными и гладкими, какими и должны быть части надежного механизма. Убийца зарядил оба пистолета экспансивными пулями, после чего добавил еще одну обойму с тринадцатью патронами для автоматического пистолета и запасной барабан с шестью пулями для револьвера.

Потом Убийца некоторое время смотрел телевизор, сидя с пистолетами на коленях, словно с двумя стальными щенками. Он выбрал игровое шоу и ждал, чувствуя, как нарастает напряжение. Он не может преследовать Уэзер или захватить ее дома. Теперь неизвестно даже, где она будет ночевать. Придется снова ехать в больницу.

Обычно доктор заканчивала работу в конце первой смены. Она немного задерживалась, чтобы рассказать врачам следующей смены о своих пациентах. Пожарные-волонтеры придут сразу после пяти. Если он рассчитывает довести дело до конца, ему необходимо вернуться раньше.

У него есть два часа.

Убийца посмотрел на пистолеты, лежащие на коленях. Если засунуть дуло в рот, он ничего не почувствует. И все сложности, все проблемы останутся позади.

И все удовольствия тоже.

Он отбросил эти мысли. Уж лучше ярость: все они объединились против него, издеваются над ним. Их двадцать, а может, и тридцать против одного.

Убийца почувствовал прилив адреналина. Грудь сдавливало все сильнее. Он думал, что все закончилось, но все только начиналось. Он задрожал от гнева и погрузился в фантазии.

Он стоит на снегу, держа в каждой руке по пистолету, и стреляет по силуэтам врагов. Яркие вспышки выстрелов похожи на лучи, исходящие из его ладоней.

Часы вернули его к реальности. Минутная стрелка переместилась — крошечное движение в настоящем мире.

Два четырнадцать. Пора выходить. Он поднялся со стула и оставил телевизор бормотать в пустой комнате.

Уэзер должна пройти от больницы до машины, стоящей на парковке, сквозь густой снегопад, в сопровождении телохранителя. В любой другой день тут подошла бы винтовка, но во время сильной метели оптический прицел будет бесполезным: с тем же успехом можно смотреть через простыню.

Поэтому он должен подобраться вплотную, чтобы стрелять наверняка. Никаких фокусов. Молниеносный удар и отход.