— Отведи её в мой сад и дай перевести дух, Синджин. У неё вот-вот начнётся паническая атака, а это плохо и для неё, и для детей. Она привыкла приходить и уходить, когда ей вздумается, и хотя я согласна, что это небезопасно, заточение женщин может навредить им как внутренне, так и внешне. Просто будьте осторожны, ведь Эри обезвредила чары на выходе, и нам придётся их заменить.

— Спасибо, — сказала Айслин, спрыгнув со стола и уставившись на Синджина, который покачал головой. — Я не прошу меня освободить, просто хочу подышать свежим воздухом. Я терпела, но не привыкла к тому, что меня запирают в замке. В моём замке предпочиталось, чтобы я была снаружи. Большую часть времени я проводила в ледяных пещерах, потому что никто другой не осмеливался туда заходить.

— Ты не пленница, ты моя, — хрипло сказал он.

— Технически… она моя. Я выведу её на свежий воздух, если ты занят, — предложил Кейлин, и его глаза заискрились от веселья.

— Я сам, мудак.

— Я так и думал. Наслаждайся свежим воздухом, жена. — Кейлин подмигнул и ушёл, как будто использовал их ситуацию только для того, чтобы позлить Синджина. Вся ситуация была настолько странной, что она даже не была уверена, понимает ли что-то или хочет ли понимать. Более чем вероятно, что нет. Она позволила Синджину протянуть ей руку для поддержки, и все братья улыбнулись или похлопали его по плечу, после чего они покинули замок.

<p>Глава 39</p>

На улице холодный воздух успокаивал, усмиряя хаос, который бушевал в душе из-за того, что всё вокруг так стремительно менялось. Это слишком сложно осознать, и всё же мысль о том, что она станет матерью, с удивительной лёгкостью принялась, когда она услышала их сердцебиение. Её взгляд медленно скользил по ярким брызгам ослепительных цветов, которые заливали сад всеми оттенками и наполняли воздух пьянящим ароматом. Однако не только цветы успокаивали; Синджин и его властное присутствие тоже снижали напряжение.

— Ты какая-то молчаливая, — прошептал он прямо у неё за спиной, вынуждая повернуться к нему лицом.

— Я не знаю, что сказать, — призналась она, хоть и неохотно. Её ресницы отяжелели от слёз, которые готовы были политься, и она тряхнула головой. — Я вышла замуж за твоего брата. Но беременна от тебя. Моё королевство вот-вот будет разрушено. Я не знаю, что сказать, не говоря уже о том, что чувствую по этому поводу.

— Ты вышла замуж за Кейлина, но кому какое дело? Фейри постоянно заводят любовников, для нас это так же нормально, как дышать.

— Не для меня! Я не завожу любовников, Синджин. — Она подняла глаза и посмотрела на него с гневом, и она ненавидела себя за то, что ненавидит ситуацию, а не Синджина. Да, он груб, но ей нравилось быть с ним. Она не жалела ни об этом, ни о том, как они оказались вместе, только о том, что их вынудили это сделать, потому что они не могли контролировать свою жизнь.

— Ты беременна от меня, — усмехнулся он, притягивая её ближе, убирая с лица непослушные волосы и целуя в лоб. — У тебя будут мои дети.

Она обхватила его руками за талию и прижалась головой к его тёплой груди. Воздух был пронизан холодом, который обычно не проникал так далеко на юг, и всё же она не была уверена, что не стала причиной этого. Её эмоции были самыми разными, и иногда это могло повлиять на погоду.

— Не могу поверить, что ты сделал мне ребёнка, — прошептала она, уткнувшись в свежую, чистую рубашку. Она вцепилась в неё руками, вдыхая неповторимый аромат угля и специй.

— Не могу поверить, что ты мне это позволила, — усмехнулся он, и она отстранилась и замахнулась на него кулаком. Он поймал его и притянул к своей груди, а в любимый Синтией сад начали падать первые пушистые белые снежинки. — Ты заставляешь его идти, — признал он.

— Я не могу сделать так, чтобы снег шёл так сильно, если я не расстроена, — предупредила она, подняв глаза к небу и прищурившись, когда снегопад усилился. — Только король или нынешний правитель двора может сделать так, чтобы он шёл сильно.

— Может, это зимнее чудо? — прошептал он ей на ухо.

— Это чудо, что я не свернула тебе шею за то, что ты позволил своему брату сделать то, что он сделал, не предупредив.

— Если бы я тебя предупредил, ты бы сопротивлялась. Но всё сработало, так? Ты выполнила клятву, и по-прежнему моя. Мне не пришлось сражаться с ним за тебя, и не заблуждайся, Айслин: я бы сражался с самими Богами, чтобы сохранить тебя.

Казалось, что снег усиливался по мере того, как её настроение становилось всё мрачнее, а глаза наполнялись непролитыми слезами неуверенности. Она чувствовала себя так, словно шла на таран, который был запущен ещё до того, как она осознала, что движется в его сторону. Её жизнь представляла собой череду событий, которые тянули в разные стороны, пока она не перестала понимать, в каком направлении следует двигаться, и всё же Синджин казался правильным.