Читаем Зима в раю полностью

– Но «задница» – это не ругательство, – возразил старший сын.

– Ладно. Может, вы, мальчики, сходите со мной? Надо оценить масштабы нанесенного урона, – предложил я. – Ты, Сэнди, захвати веник и совок, а ты, Чарли, найди пару пустых ведер.

Я положил руки Элли на плечи и всмотрелся в ее глаза. К своему облегчению, я увидел, что тихий ужас, стоявший в них, уже ушел. Бедняжка Элли, она действительно панически боялась грома и молний, но по крайней мере эта гроза заставила ее забыть о враждебном настрое по отношению к Рафаэлю. Возможно, привычный жест благодарности небесам со стороны старого соседа не был таким уж бессмысленным.

– Ты уверена, что пришла в себя? – тихо спросил я жену.

– Да, все хорошо, правда, – заверила она меня с улыбкой. – Иди, мальчики тебя уже ждут. Я пока уберу тут осколки керамики.

К счастью, в реальности стихия нанесла значительно меньший ущерб, чем заставлял предполагать звук стекла, падающего на твердый пол. Разбитыми оказались только три рамы, и от попадания в дом дождя мы спаслись, просто опустив внешние жалюзи. После чего нам оставалось только помешать проникновению внутрь холодного воздуха, что мы и сделали, прикнопив вместо выбитых стекол листы картона.

– Выглядит не очень, – сказал я сыновьям, – но придется жить с этим, пока не придет стекольщик, а случится это только после праздников.

Наконец-то в нашем доме ненадолго воцарилось спокойствие, которое, впрочем, сменилось досадой, когда мы обнаружили, что нашу телефонную линию оборвала сломанная ветка эвкалипта, а затем – и настоящим отчаянием, когда мы поняли, что буря лишила нас также и электроэнергии.

Без электричества водяной насос был совершенно бесполезен, и, следовательно, наш домашний водопровод полностью вышел из строя. Надо было как-то позвонить в соответствующие службы, но я знал, что ни у кого из наших соседей телефона нет.

– Ничего не поделаешь, – решил я. – Придется мне отправиться в плавание на машине.

Опасная поездка по размытым дорогам, покрытым грязью и валунами, которые вынесла вода с окрестных склонов, в конце концов закончилась у телефонной будки в противоположном от нас конце деревни. Разговор то и дело прерывался, я с трудом подбирал испанские слова, желая как можно точнее донести суть дела до своего собеседника – как оказалось, до автоответчика в офисе местной газоэлектрической компании. В конце концов записанный на пленку голос проинформировал меня о том, что в Рождество никаких ремонтных и аварийных работ производиться не будет. Моя заявка принята и будет рассмотрена в порядке очереди.

Затем я набрал номер аварийной службы телефонной компании, но там на мой звонок никто даже не ответил.

Вот уж действительно Feliz Navidad. Я вернулся домой и сообщил о результатах поездки родным. Всеобщее уныние усилилось, когда я сказал, что теперь нам придется добывать воду с помощью веревки и ведра из aljibe – подземного резервуара, который был расположен под открытой террасой. Скоро мы на собственной шкуре узнали, что переноску воды во время непрекращающегося средиземноморского ливня никак нельзя причислить к приятным занятиям.

– Ты бы лучше встал у огня, – сказал я Сэнди, которому выпало первым совершить вылазку за водой к aljibe. – Согласись, нельзя не восхищаться древними майорканцами. Они действительно знали, что делали, когда строили эти огромные камины и скамьи вокруг них. Так уютно сидеть здесь, когда на улице холодно, и очень удобно сушить одежду, когда сыро. Это они просто замечательно придумали.

– По мне, так можно было придумать кое-что получше, – пропыхтел промокший и продрогший Сэнди. – Например, установить обычную цистерну для хранения воды на крыше – как у нас в Шотландии. Тогда не пришлось бы выползать на улицу и мокнуть каждый раз, когда из-за непогоды вырубается электричество.

– Ты, конечно, в чем-то прав, – вынужден был признать я. – Об этом я раньше как-то не думал, но ты прав. Действительно, странно, что под крышей этих старых домов нет запаса воды на экстренный случай.

– А какой в этом смысл, если раньше не было электричества, чтобы качать насосом воду в дом? – возразила Элли.

– Раньше да. Но теперь это не оправдание, – сказал Чарли. – Это почти так же глупо, как иметь спутниковую тарелку и не иметь телевизора.

– Да, мне тоже непонятно, почему Ферреры сразу не поставили бак, когда проводили сюда электричество, – призадумалась и Элли.

– Слишком прижимистые, вот почему, – буркнул я. – Ну, так или иначе, а пока нам придется использовать метод веревки и ведра, так что постарайтесь найти в ситуации светлые стороны. Например, скажите себе, что таким образом приобщаетесь к традиционному образу жизни сельской Майорки.

– К традиционному? Скорее уж, к допотопному, – проворчал Сэнди, протягивая руки к огню.

Похоже, духи праздника и веселья по-прежнему обходили наш дом стороной, и если бы мальчиков спросили в этот момент, что бы они хотели получить в качестве рождественского подарка, то их список наверняка возглавили бы авиабилеты в Шотландию, причем в один конец.

Перейти на страницу:

Все книги серии Время путешествий

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
Бирон
Бирон

Эрнст Иоганн Бирон — знаковая фигура российской истории XVIII столетия. Имя удачливого придворного неразрывно связано с царствованием императрицы Анны Иоанновны, нередко называемым «бироновщиной» — настолько необъятной казалась потомкам власть фаворита царицы. Но так ли было на самом деле? Много или мало было в России «немцев» при Анне Иоанновне? Какое место занимал среди них Бирон и в чем состояла роль фаворита в системе управления самодержавной монархии?Ответам на эти вопросы посвящена эта книга. Известный историк Игорь Курукин на основании сохранившихся документов попытался восстановить реальную биографию бедного курляндского дворянина, сумевшего сделаться важной политической фигурой, пережить опалу и ссылку и дважды стать владетельным герцогом.

Игорь Владимирович Курукин

Биографии и Мемуары / Документальное
Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное