Читаем Зима в раю полностью

От размышлений меня отвлек хруст веток за спиной. Обернувшись, я увидел хрупкую согбенную фигуру старой Марии Бауса, ковылявшей ко мне среди лимонных деревьев и попутно рубившей маленькой мотыгой все сорняки, которые попадались ей на глаза.

– Buenos días, señora Бауса, – окликнул я ее.

– Buenos, – ответила она, слегка запыхавшись. – О, madre mía, мне нужно отдохнуть минуточку. – Соседка с трудом опустилась на каменную стену, разделяющую две наши фермы. – В этом проблема тракторов и всех этих новомодных штуковин – они не добираются до сорняков у самого ствола дерева, в отличие от ослов и мулов. И они такие шумные, такие вонючие, эти ваши трактора. В наше время было лучше.

– Да, я уверен, что вы правы… наверное. И кстати, я как раз пытался понять, как раньше доставали воду из колодца. В смысле, когда еще не было электричества, насосов и прочего. – Я хлопнул ладонью по одному из зубчатых колес. – Очень интересно, как это все работало?

– Sí, ah sí. – Она уже отдышалась и положила сцепленные руки поверх рукоятки своей мотыги, чтобы перенести вес тела на рабочий инструмент, – так делают все старики, работающие в поле. – Sí, señor, придется мне сказать своему зятю Жауме, чтобы он не торопился, когда косит траву под деревьями на тракторе. Каждый сорняк, оставленный в земле, забирает воду и пищу у деревьев и у plantas cultivadas[173] – помидоров, перцев, бобов… у всего.

Она посмотрела на заросли дикой зелени, которая покрывала каждый квадратный дюйм почвы на нашей ферме, и скорбно покачала головой.

Я почувствовал себя пристыженным, хотя у меня пока попросту не было времени купить необходимое оборудование для этой работы. Я по-прежнему не мог избавиться от подозрений, что Томас Феррер на самом деле должен был разобраться с сорняками еще до передачи нам фермы, но теперь это не имело значения и никак не помогало мне справиться со смущением перед нашей щепетильной старой соседкой.

– Может быть, сеньора Бауса, вы или ваш зять посоветуете, какой трактор подойдет мне лучше всего и где я могу его купить, – воззвал я о помощи.

– Как поднимали воду из колодца? На ослах, конечно же. Или на мулах, у кого что было. Вот как это делалось, – сказала Мария, верная своей оригинальной привычке игнорировать последний вопрос и отвечать на предпоследний. – Вижу по вашему озадаченному лицу, что вам все равно непонятно, señor, – добавила она с ноткой нетерпения.

– Нет… то есть да… но я спрашивал о том, какой трактор…

– Подождите, – перебила соседка, указывая мотыгой на колодец, – если вы послушаете меня хоть минуту, я вам все объясню. Разве у вас в Шотландии нет колодцев? – Она не позаботилась о том, чтобы дать мне время ответить. – Видите это большое зубчатое колесо – ну, то, которое лежит на боку, horizontal?[174] – И опять это был чисто риторический вопрос. – Вот тот деревянный шест, что выходит из его середины, раньше был такой длины, чтобы можно было привязать его к ослу или мулу. Me entiende?[175]

Я кивнул, показывая, что понял, но старая Мария не смотрела на меня.

– И потом пускали осла вокруг колодца, – продолжала она, и ее лицо сморщилось в неповторимой пятизубой улыбке. – Иногда приходилось вешать перед ослом на палку яблоко, чтобы заставить его двигаться… если это был совсем уж глупый осел. – Тут все ее тело сотрясли каскады негромкого свистящего смеха. – Ах, sí, вот это были времена.

Я подумал, что нужно воспользоваться возможностью, предоставленной этой неожиданной лирической интерлюдией, и попробовать выудить хоть какую-нибудь информацию относительно покупки трактора.

– Так где в Андраче я мог бы?..

– Momentito![176] – Старая женщина погрозила мне пальцем. – Я еще не закончила. Если вы хотите узнать о том, как мы жили раньше, то должны слушать внимательно и не перебивать. – Она поудобнее устроилась на своем каменном сиденье.

– Lo siento, – извинился я.

Очевидно, мне предстояло выслушать длинную лекцию, но я уже выучил один важный урок: в таких случаях нетерпение ни к чему хорошему не приведет. На Майорке потратить полдня на разговоры считается нормальным, так что нет смысла бороться с этим. Просто плыви по течению, будь tranquilo[177] – таков единственно верный способ действий здесь, и я изо всех сил старался придерживаться его.

Мария опять оперлась о свою мотыгу с видом человека, который собирается еще долго предаваться воспоминаниям.

– Так вот, ослик ходил вокруг колодца, как я уже говорила. – Она сделала глубокий вдох. – И благодаря этому шест поворачивал горизонтально лежащее колесо, которое в свою очередь поворачивало вертикальное колесо на конце металлической балки, идущей поверх колодца. Балка вращалась, а на ней было еще одно большое колесо с сосудами, привязанными один за другим к длинной веревочной петле, которая опускалась до самой воды. Comprende?