Он ничего не мог поделать. Перед ним стоял образ Мак-Элроя на ферме. Скорпион пообещал водителю еще двести риалов, если тот оторвется от «тойоты». Водитель петлял по улицам и проскакивал в промежутки между машинами, двигаясь в сторону Старого города. Скорпион смотрел назад — «тойоты» не было видно. Тут же он заметил такси, стоящее у маленькой гостиницы на другой стороне улицы. Но ему нужно было сменить обличье.

— Стой! Дай мне свою чалму! — попросил Скорпион, впихивая водителю риалы.

Они со скрипом затормозили. Водитель снял свою чалму, а Скорпион надел ее. Он схватил свою ручную кладь, выскочил из машины, перебежал улицу к другому такси и впрыгнул в него. Уже через несколько секунд их там не было. Когда они поворачивали к аэропорту, Скорпион увидел ту «тойоту», несущуюся в другую сторону, и двух арабов-абида в ней, которые с сумасшедшим видом всматривались в улицу. В уме у них явно был тот сельский дом.

4

Порто-Черво,

Сардиния, Италия

Пьяцетту, маленькую площадь вблизи марины (яхтенной гавани) заливал мощный ливень. Укрываясь от него под сводами аркады, Скорпион, которого здесь знали как il francese (француза), высматривал, нет ли на Пьяцетте чего-либо, чего на ней не должно быть. Обычно на Сардинии он этого не делал, но после Йемена здесь тоже могло не быть «обычности».

Связаться с Рабиновичем Скорпион рискнул только в Дубае. Он сделал это по айфону в магазине компании Apple на Дейра-Сити-молл в ожидании дальнейшего рейса. Он писал, используя сайт с подростковым жаргоном, настолько загруженный, что контролировать его было практически невозможно. Рабинович скрывался под именем 13-летней девочки Мэдисон из Омахи, а Скорпион — под именем 14-летнего парня Джоша из окрестностей Белвью.

«u clear?» (За вами нет слежки?), — писал Рабинович.

«4 the moment» (На данный момент нет).

«what about alby? Whos she seeing?» (Как дела с Олби? С кем она видится?), — спрашивал Рабинович, имея в виду аль-Байвани.

«she broke up with ay kyoo and a-pee, now all shes got is us» (Она порвала с АКАП, теперь общается только с нами), — писал Скорпион.

После Мариба у аль-Байвани не оставалось выбора. Он порвал с Аль-Каидой. А поскольку ЦРУ снабжает его оружием и деньгами, он сохраняет власть над племенем бани-хум.

«shes so 2-faced» (Она очень двулична), — писал Рабинович, то есть он не сомневается в двойной роли аль-Байвани. Его использование опасно — он может работать на обе стороны.

«considering guys she dates, wouldn’t you?» (Учитывая людей, с которыми он встречается, что вы хотите?), — отвечал Скорпион, имея в виду, что после событий в Марибе и в свете того, как пошли дела в Йемене, у аль-Байвани почти не осталось выбора. Ему приходится работать на обе стороны.

«2 bad about pete?» (С Питом совсем плохо?), — спросил Рабинович о Питермане.

«u loco? Не was like so nfg» (Хуже некуда).

«I miss u, qt. r u ок?» (Я потерял вас. Вы в порядке?).

«u tell me» (Сами понимаете), — написал Скорпион, отключая связь.

Поскольку это было не просто провалом миссии в Йемене, можно было не сомневаться, что в Лэнгли рвут и мечут. Его вынудили бежать. До сих пор это никому не удавалось. И это было плохим знаком. «Пришла зима, — подумал Скорпион, глядя на дождь, поливающий Пьяцетту. — И не только для ЦРУ. Что-то пошло не так».

Стряхивая дождевые капли, Скорпион вошел в маленький риелторский офис, втиснувшийся между окружающими Пьяцетту роскошными магазинами. Хотя уже прошел и Новый год, в офисе еще горели рождественские огоньки. Только они окрашивали сумрак пасмурного дня. Скорпион выглянул в окно, чтобы посмотреть, не видел ли кто, как он входил.

Абриэле, дочь Сальваторе, владельца офиса, была одна. Изящная, с длинными черными волосами, она передала Скорпиону его почту и, пока он просматривал ее, болтала на смеси итальянского с английским о его сельском доме в горах, обновленном casa colonica (колониальном доме), за которым она приглядывала в отсутствие Скорпиона, а он отсутствовал большую часть времени.

Этот конверт лежал отдельно. Абриэле получила его в офисе капитана порта. Простое приглашение встретиться для «обсуждения вопросов, представляющих общий интерес» на белой карточке с эмблемой яхты и номером телефона. Скорпиону нужно было бы выяснить через Google, что это за номер, но код номера был люксембургским, а это, скорее всего, значило, что холдинг-компания находится под защитой законов этой страны по вопросам секретности.

— Откуда это пришло? — как бы между прочим поинтересовался Скорпион.

— Его привезли какие-то моряки в ялике с яхты. Я думаю, это были русские, — ответила Абриэле. — Оно адресовано синьору Коллинзу. Это ваш друг?

— Эта яхта еще здесь? — спросил Скорпион, не ответив на вопрос.