— Он отправил мне сообщения в разные порты Европы. Только Рабинович знал об этом канале связи.

— Тебя, в сущности, интересует, не провалился ли ты?

— И что? — Скорпион почувствовал комок в горле.

Шефер покачал головой.

— Список портов Ахнецову дал Дейв, — успокоил его Шефер, и Скорпион почувствовал огромное облегчение.

— Значит, провала не было?

— Ни один волос не спутался на твоей голове. Никто не знает, в каком порту ты получил записку, в том числе и я, — сказал Шефер, стирая пену с усов. — Есть у тебя судно?

— Да, кеч. Морская прогулка проясняет мозги.

— Чушь. В нашем деле, если ты думаешь, что понял что-то, ты, возможно, понял это неправильно, — сказал Шефер, и оба засмеялись.

Шефер придвинулся ближе к Скорпиону, держа перед ртом бутылку, чтобы скрыть, что он говорит.

— Это дело с Ахнецовым… Контору не должны заподозрить в участии в нем. Но Лэнгли жаждет видеть тебя в Киеве.

— Почему? Что происходит?

— Это дело не моего уровня, но… — Шефер колебался. — Там горячо.

— Ты ничего не утаиваешь от меня?

Шефер бросил на него острый взгляд: «Я не забыл». И Скорпион понял, что тот думает о базе «Эхо». Шефер опустил взгляд на свои длинные пальцы, которые, как доводилось видеть Скорпиону, без труда гнули монеты.

— Я знаю только то, что Дейв Рабинович хочет, чтобы ты участвовал в этом деле, поскольку кто-то наверху насмерть перепуган, — и он посмотрел наверх. — Достаточно тебе этого?

Скорпион глубоко вздохнул. Теперь он понимал, почему Дейв сообщил Ахнецову о его секретном канале связи, а не дал ему какой-либо из его фиктивных gmail-адресов, которые служили ему обычными точками контакта: он хотел привлечь внимание Скорпиона. Что-то было очень серьезное. Но почему? Украина представлялась окраиной, а события в ней — мелким региональным конфликтом. Почему кому-то из очень высоких персон понадобилось, чтобы он принял участие в этих делах?

— Я могу кое-что использовать? — спросил он.

Шефер кивнул. Скорпион сказал ему, чего он хочет, и Шефер снова кивнул.

— Меня тревожит одно: почему выбрали именно меня?

— Ты должен помнить: это восточные европейцы.

— То есть они чрезмерно подозрительны?

— Поживи здесь столько, сколько я. Если бы они были даже намного доверчивее, им пришлось бы стать подозрительными.

— Похоже, они хотят кого-то независимого, кто мог бы работать на обе стороны, — Скорпион колебался. — А мы?

— Что за грязный мелкий ум у тебя, — ухмыльнулся Шефер.

— Это грязный мелкий мир.

Мимо их стола проходила молодая румынская пара. Они подождали, пока она выйдет в ночь.

— Ахнецов сказал, что, если с этим Черкесовым что-нибудь случится, Россия вторгнется на Украину, — промолвил Скорпион.

— Да? Кто же сообщил ему этот вздор?

— Он говорит, что СВР.

— Сказал он, кто именно?

— Он назвал Гаврилова, Олега Гаврилова, атташе по культуре в…

— Я знаю его, — Шефер скривился. — Он и правда из СВР, из управления С по Киеву.

— Ахнецов сказал, что это может означать войну. По этому поводу поднялась большая истерика.

— Рабинович думает так же.

— Господи, ты и в самом деле считаешь, что мы ввяжемся?

— Кто, черт возьми, знает? — пожал плечами Шефер. — Формально Украина включена в план присоединения к НАТО. Она посылала войска в Афганистан в помощь нам. И если Россия вторгнется, то в теории нам нужно будет что-то делать, — Шефер колебался, словно знал, что то, что он хочет попросить, ему, как другу, не следовало бы просить. — Когда ты будешь в Киеве… Мои боссы будут благодарны за все, чем ты сможешь нам помочь.

— Я не смогу появляться вблизи киевского вокзала. Кроме того, там повсюду есть средства электронной разведки, — сказал Скорпион, имея в виду, что электронные средства связи в Киеве контролируются и украинскими, и российскими разведслужбами, и он не может приближаться ни к одному из агентов и ни к одной из баз ЦРУ на Украине.

— Мы должны держаться в стороне, — согласился Шефер. — Должны. Если что-то пойдет не так, все свалят на призрак ЦРУ. Но, допустим, тебе понадобится связаться с Рабиновичем или со мной?

— Укажи мне тайник.

— Старая школа, — кивнул Шефер одобрительно и сообщил ему детали и то, как они будут осуществлять прикрытие Скорпиона.

Скорпион посмотрел в окно. Снег все еще шел, улица была пуста. Они были последними, кто еще оставался в кафе, и официант уже не раз поглядывал на них.

— Надо идти, — сказал он.

Шефер коснулся его руки.

— Касательно Украины. Сколько у тебя времени? Ахнецов сказал?

— До выборов — неделя. Что бы ни было решено, дело уже запущено.

— Тебе придется спешить, — Шефер тихонько присвистнул. — Будь осторожен. Разница между СВР, СБУ и украинской мафией очень тонка. Там есть крайне агрессивный Майк Фокстрот, — Шефер использовал армейский жаргон для обозначения мерзавца. — Вазаристан может показаться яблочным пирогом.

— Счастливо, — сказал Скорпион, допивая пиво.

7

Майдан Незалежности,

Киев, Украина