Читаем Зима пришла полностью

Маневр уклонения, вираж, рядом Гмиилец. Швыряю подряд два копья. Силовое поле отбивает первое, но так и задумано, «Нейтрализатор» не для убийства — при контакте с защитой он взрывается и выбрасывает облако гратита. Второе копье пронзает шлем и голову инопланетянина. Сорян, тут никакой регенерирующий щит не поможет.

«Перемещение», еще одно, и я над носом корабля пришельцев.

«Меч короля Артура». У меня есть штука и посильнее, но если сработает это, то и то тоже.

Да!

Носовую часть корабля раскалывает надвое, и он устремляется вниз.

Действие краткосрочной перспективы закончено.

Успел! Первые ответы получены. "Нейтрализатор" как средство борьбы с персональными щитами Гмиильцев можно запускать в серийное производство, а их техника уязвима для наших особенностей. Теперь надо выяснить главное.

Во все стороны гранаты с гратитом — лишь бы самому не попасть в облако. Маневр уклонения. Устремляюсь к ближайшему Гмиильцу — он стреляет в упор, но мне по фиг, обхватываю его и «растопчу».

Мы погружаемся в воду, и нас тут же выкидывает на поверхность. Нет, нам надо именно в реку! Несколько раз лбом успеваю ударить Гмиильца в шлем и вижу трещины на забрале. Ныряем в ледяную воду.

«Челюсти»! — в течение трех минут вы можете дышать под водой, и ваш навык подводного плавания увеличивается на 1000%.

Одной рукой держу Гмиильца, другой системным кинжалом со способностью «проникновение» ковыряю его доспех и шлем, перерезаю сухожилия на руках и ногах, повреждаю возможные средства коммуникации. Переодеваюсь в ласты и по самому дну плыву вдоль берега. За мной тянется темный кровавый след.

Челюсти — время действия 0 минут 35 секунд.

Выныриваю — бой идет далеко. Снова под воду и к берегу. Вылезаю, швыряю обездвиженное тело и, помогая кинжалом, полностью раздеваю Гмиильца — дышит!

Связываю и оттаскиваю в лесочек неподалеку. С головы до ног обсыпаю гратитом и прикладываю к губам зелье лечения. Закрытые синими веками глаза распахиваются!

— Привет! — широко улыбаюсь я и вонзаю кинжал ему в пах.

Он стонет, и я снова отпаиваю его зельем.

— Ты понимаешь меня, Гмиилец? — спрашиваю, когда он приходит в себя.

— Да! — хрипит он. — Вы проиграли!

— Да, мы проиграли, но тебя здесь никогда не найдут, и я могу пытать тебя десятилетиями!

— Не больше месяца! — пытается бравировать инопланетянин, но цвет его кожи меняется. Это не может быть ничем, кроме страха.

— Ну пусть месяц, — соглашаюсь я. — Но это будет такой месяц, за который ты сотни тысяч раз пожалеешь, что родился! Ты веришь мне?

— Да, — шепчет он.