Читаем Зигмунд Фрейд полностью

Религиозные наклонности семьи Бернейсов едва ли нравились Фрейду больше, чем им мог понравиться атеист. По субботам Марта вынуждена была прятаться в саду, чтобы писать ему письма. Позднее он старался убедить ее не поститься в День искупления, потому что она и так слишком худа. Возможно, ему было приятно спасти эту послушную и понятливую молодую девушку, какой он ее считал, от неправильной жизни. Еще во время ухаживания он не раз ссорился с ее семьей.

В семье Марты, как и Зигмунда, скрывался скандал. Ее покойный отец был кем-то вроде дяди Иосифа – хотя в ином масштабе. Он сидел в тюрьме за злостное банкротство. В Гамбурге он в основном занимался продажей акций и рекламой курортов. У него пропали деньги, и весь 1868 год он просидел в тюрьме. Когда он освободился, рекламное агентство, на которое он работал, предложило ему работу в Вене, и именно поэтому он переехал туда с семьей. Его жена, Эммелин, которая, как большинство северных немцев, считала Вену слишком ветреным местом, так и не полюбила этот город. Если Зигмунд знал о несчастьях мистера Бернейса, возможно, именно это заставило его вести себя так покровительственно по отношению к Марте.

Фрейд рассчитал, что сможет жениться на Марте лишь через девять лет. К этому времени ему будет тридцать пять, а ей тридцать. Они принялись ждать, как это часто бывало в то время, но Фрейд начал задумываться о своей карьере. Той весной, когда он познакомился с Мартой, он занимал в лаборатории должность демонстратора, самую низкооплачиваемую, за которую государство платило ему около двух тысяч фунтов на современные деньги. Перспективы продвижения не было, пока не ушли Флейшль и второй ассистент. Фрейд тут же сообщил о своей помолвке профессору, как и следовало делать младшим сотрудникам. Брюкке реалистично смотрел на молодых людей, получавших мало денег. Он порекомендовал Фрейда на пост ассистента в провинции, описав его как «очень бедного еврея, которому придется жить на зарплату, но это он сможет делать с легкостью, потому что живет просто и прилично». Когда он услышал слово «брак», то посоветовал своему демонстратору отказаться от исследовательской работы.

Возможно, это совпадало с намерениями самого Фрейда, а его любовь к Марте тоже стала частью стратегии перестройки жизни, способом уйти в мир, более похожий на тот, в котором жил его друг Брейер. В любом случае, исследования вскоре перестали его интересовать.

Началась оживленная переписка. Почти все письма сохранились, но доступны для публикации лишь немногие. Он стал общаться с ней покровительственным тоном, как мужчина с послушной девочкой. Он считал себя обязанным сказать ей, что она некрасива с точки зрения художника, но добавил утешительные слова о «волшебной душе». Когда Марта упрекнула его в том, что он послал ей подарок, он погрозил ей пальцем: «Марта, ты не должна говорить так категорично: нельзя так делать». Иногда был слышен и другой голос, будто говоривший: «У меня бывают такие бурные сны». Его страсть не вызывает сомнений, и он не пытался ее скрывать. Когда Марта отправилась в Вандсбек, что под Гамбургом, чтобы провести в доме дяди остаток лета 1882 года (возможно, ее отправили для большей безопасности), Фрейд одолжил денег и поехал за ней, ревнуя к мужчинам из прошлого, реальным или воображаемым.

Нужно было сделать это незаметно от ее дяди. Эли достал ему билет до немецкой границы, и он уехал со словами Шекспира «Что есть любовь? Не за горами…» «Шекспир У. Собр. соч. в 5-ти т., т. 2 СПб., 1902-1903, с 523. – Прим. перев.» на устах, железнодорожным расписанием в голове и ее фотографией в бумажнике. Похоже, что им удалось незаметно встретиться, а может даже и не раз. Они сидели в парке, она в коричневом платье и шляпке, он в потрепанном пиджаке, с черными волосами, разделенными аккуратным пробором, и солидной бородой. Он сравнил это место с Эдемом: там не было ангелов с пылающими мечами, писал он ей позже, но «был один маленький нежный ангел с изумрудными глазами и сладкими губами». С тех пор, предостерегал он ее, она должна смириться с неизбежным. Она «только гость» в своей семье, сокровище, на которое он заявил свои права и заберет его, когда разбогатеет.

Его планы относительно карьеры сбылись. Сразу же после поездки в Гамбург он устраивается в общую венскую больницу врачом и начинает зарабатывать деньги. Клиническая медицина была выходом из состояния бедности. Он не сразу отказался от исследований и продолжал проводить опыты в лаборатории Брюкке.