Олег сначала на все вопросы долго пялился сквозь пришедшего и нечленораздельно мычал. Потом мотнул головой, пригласил в дом и достал из холодильника два пива. Одну бутылку предложил гостю вторую почти залпом выпил сам. Минуты три его опухшая физиономия ещё корчилась гримасами и только затем, в глазах появилось осмысленное выражение. Сет повторил свой рассказ, начатый на пороге, ещё раз.

- Да… Здоровья я гляжу у тебя не меряно. Вчера с нами наравне выпивал, а сегодня как огурчик выглядишь. Везёт тебе. Мне вот теперь болеть до обеда как минимум. Ну да ладно. А на счёт ружья, было такое. Вот только… Видел новый дом с бетонным забором, недалеко от остановки автобусной?

- Ну, видел - Сет не спеша, потягивал пиво, смотрел в глаза Олегу и не замечал у того ни тени беспокойства, либо ничего не боится, либо нечего ему беспокоится.

- Так вот недавно заехал туда почти целый табор цыганский, нет дом конечно большой, но как такая толпа там умещается, ума не приложу - он умолк уставившись в выцветший ковёр лежащий на полу, и промолчал минуты две.

- Причём тут табор?

- Да вот притом. Цыгане, знаешь ли, народ наглый вороватый, любят сволочи скопом налетать. У них как у мушкетёров один за всех… В общем, повадились трое их молодых сопляков своего ротвейлера вечером выводить выгуливать и на прохожих натравливать… развлекаются скоты… ну я взял с собой ружьишко как-то вечерком засел у забора, да и подстрелил зверюгу усыпляющим зарядом, потом вышел, надавал оплеух засранцам. Через пол часа у моего дома весь табор, вышибли дверь, вломились, сильно не били, но пугали качественно, я чуть не обделался. Винтовку забрали и деньги, какие были.

- К участковому ходил?

- Ходил, да он сам их побаивается. Я говорит человек одинокий мне до пенсии всего два года, зачем мне проблемы лишние с такими соседями. Да и безнадёжное это дело цыган разрабатывать они своих не сдают, мушкетеры хреновы блин… А ты нетрезвый совсем, иди, проспись и забудь. Пришлось смириться.

- Да…

- Что да? Как ты вообще мог на меня подумать? Вы же меня после полуночи домой практически приволокли, какие кабанчики в таком состоянии? Да и уважают Степановну местные, к кому к кому, а к ней бы никто не полез.

- Я ж тебя ни в чём не обвинял, просто разузнал, что да к чему. Пули такие сам понимаешь, на дороге не валяются.

- Ладно, забыли. Что ещё по пивку? Обмоем невинно усопшего свинёнка.

- Нет, Олежка спасибо хочу быть трезвым, когда к цыганам пойду.

- Ты что с ума сошел?

- Да ладно я же не в драку лезть, попытка не пытка, может, возместят по-хорошему.

- Ну-ну. Разве что пенделями и подзатыльниками они тебе возместят. Не суйся ты, себе дороже.

- Посмотрим.

- Ну, как знаешь, я предупреждал.

Глава 9

Вернувшись домой, Сет первым делом полез на чердак и достал из потайного места свой старый школьный портфель. Когда-то давным-давно в детстве ему удалось выменять в интернате два кастета на пачку печенья. Кастеты были добротные, тяжелые и на тот момент слишком большие для его детских рук. Поэтому были благополучно спрятаны и надолго забыты. Ещё в портфеле был старый, потёртый журнал пошлого содержания, литровая баночка окурков (с таким трудом собранная во времена лихих девяностых годов) и разная памятная мелочь, типа фантиков от жвачек. Теперь это добро вызывало улыбку, а раньше было целым богатством для не балованного воспитанника интерната лишь пару раз в год забираемого бабулей на каникулы домой. Сет вздохнул, перебирая в руках своё былое богатство, затем взвесил в руках кастеты. Пальцы вошли в пазы как влитые, приятная тяжесть добавляла кулакам весомости. Широкие металлические кольца вокруг пальцев расширялись к наружной стороне, становясь прикрытием для костяшек. Такими штуками можно дробить кости челюстей как пенопласт.

- Мой размерчик.

Сет спустился вниз и пару раз приложился кулаками в кастетах к старой яблоне росшей за домом, затем ударил в пол силы. Отколовшийся от ствола кусок своим размером внушал уверенность в завтрашнем дне.

Кованные двух метровые ворота цыганской усадьбы ядовито зелёного цвета отдавали таким звонким гулом при ударе ботинком, что Сет даже встрепенулся. Смуглый парнишка лет десяти так быстро высунулся из-за приоткрытой калитки, будто давно стоял за ней, дожидаясь гостей.

- Чего тарабанишь придурок? Баро отдыхает после обеда, сделал тишину и смылся отсюда - говорил он с заметным акцентом, как и полагалось цыгану.

Сет поначалу даже опешил, но начинать разговоры сразу с разборок не хотелось.

- Баро - это у вас старший тут?

- Пошел вон холоп!