К большому сожалению, я не написал о многих моих коллегах-художниках, с которыми я творчески соотносился, часто общался, но не проживал столь тесно жизнь, или они попросту не были участниками упоминаемых здесь событий. Среди них и те, с кем я связан по работе в Академии художеств, и новое молодое поколение театральных художников — с ними мы участвуем в выставках…

Повторю, что, вспоминая истории из прожитой вместе с героями этой книги жизни, я не пытался писать искусствоведческие биографии, но иногда вкраплял в текст зрительские впечатления и оценки творчества, а также суждения друзей о том, что сделано мной. Все это дает некоторую объемность повествования, взгляд со стороны, ведь люди, делающие свое искусство, не могут относиться друг к другу безразлично: прослеживается творческое взаимовлияние или даже творческая близость. Возникают симпатии и антипатии. Художники склонны оценивать то, что сделано их друзьями, собратьями по ремеслу.

Чтобы развенчать серьезность толкования жизненных перипетий, порой возникающую на этих страницах, хочу вспомнить слова Эдика Кочергина, которыми мог бы обратиться ко мне не только он сам, но и кто-то из персонажей его произведений:

Это главное. Все остальное — туфта!

К этому завету столь уважаемого мной человека я прислушиваюсь и им заключаю свою робкую литературную деятельность!

Слова благодарности

Хочу выразить свою благодарность друзьям, помогавшим мне советами в трудном деле написания книги. Я очень ценю скрупулезные замечания Павла Финна, конструктивную мысль Ирины Барметовой в деле построения композиции. И, конечно, помощь моей супруги Даши, которая самоотверженно печатала текст, разбирая мой почерк и редактируя фрагменты рукописи. Без нее книга не могла бы состояться, и я еще раз говорю ей слова признательности.

Отдельно мне хочется поблагодарить редактора книги Анну Колесникову, с исключительным вниманием работавшую с текстом и имевшую мужество и решимость довести рукопись до печати.

Я благодарю издателя Елену Данииловну Шубину за неизменный интерес к моему материалу и за то, что она с доброжелательным терпением занималась этими непрофессиональными записями.