Читаем Живой труп полностью

      Конопольский принял в гостиной на первом этаже. Просторная комната была обставлена в восточном стиле. На персидских коврах, с которых давно не выбивали пыль, висело старинное оружие. Посредине стены, среди всей этой экзотики, нелепо торчал экран американского дальновизора. Сам хозяин восседал на низеньком диване без спинки. Рядом, дополняя восточный антураж, стоял его любимый кальян, якобы приобретенный на ферганском базаре. Хотя точно такие же восточные артефакты массово производились и в микро-цехах на задворках Харбина. Приветствуя гостя, Конопольский предложил сигару. Александр, отказавшись, осторожно присел на краешек дивана и попросил перейти сразу к делу.

– Ну что ж, извольте! Сегодня утром, ко мне заявился ваш друг. Сказал, что нашел адрес в интернете по спискам уездного дворянского собрания. И так уж вышло, что ему, как человеку здесь новому, больше и обратиться не к кому. Из немногословного рассказа я понял, что между вами возникли серьезные недоразумения, которые иначе, как поединком не уладишь. Вот собственно и все!

      На губах отставного гусара появилась надменная ухмылка, и Александр почувствовал, что готов его за это возненавидеть. Уже не раз он замечал в некоторых людях отвратительное свойство радоваться чужым бедам. И вот сейчас, когда на соседа обрушилась необходимость подвергнуть жизнь смертельному риску, он вместо сочувствия и желания как-то уладить конфликт испытывает явное удовольствие от своей роли.

   Появившееся было желание отказаться, Александр волевым усилием подавил. Николя нашел нужного человека. В случае уклонения от поединка Конопольский обязательно сделает историю достоянием гласности. Вряд ли после этого можно будет по-прежнему общаться с соседями и быть уважаемым членом общества. Сам он еще мог махнуть рукой на дворянские предрассудки, тем более что деловые контакты большей частью были с людьми из крестьянского и купеческого сословий. Но в праве ли он обрекать на эту роль изгоев общества жену, а в будущем и дочь! К тому же если дело дойдет до суда чести, то может всплыть прошлое, а это уже будет катастрофой.

– Выбор оружия ваш друг, как оскорбленная сторона, желает оставить за собой,– прервал возникшее молчание хозяин.

– И это будут дуэльные пистолеты? – заставил себя улыбнуться Александр.

      Выяснилось, что он угадал. Впрочем, другого и не ожидалось. В харбинском спортивном клубе Николя не плохо обращался с рапирой, но для настоящего поединка ему вряд ли бы хватило стойкости. А вот стрелял он в, отличии от Александра, довольно метко, и был завсегдатаем местного тира. Можно конечно было оспорить, кто из них оскорбленная сторона, но для этого пришлось бы посвящать в подробности отставного гусара.

– Согласен! – махнул рукой Александр.

– Ну вот и славно! Тогда завтра в восемь утра в овраге у старой мельницы. – оживился Конопольский. – Пистолеты я предоставлю. А вот насчет второго секунданта прошу позаботиться вас.

      Закончив деловую часть, хозяин снова предложил сигару. Александр отказался и поспешил откланяться. Отъезжая от дома, он почувствовал, что машина очень тяжело трогается с места. И только уже на дороге обнаружил, что не снял до конца ручник. Обругав самого себя, подумал было, что надо заехать к Степанычу, подтянуть сорванные колодки, но тут же резанула мысль:

      " А имеет ли теперь значение сломанный ручной тормоз!"

      Приехав домой, Александр, все еще следую укоренившейся привычке, заглянул в почту и обнаружил ответ от председателя товарищества. Предложения, которые он все-таки успел отправить, вызвали интерес. Добрыня благодарил за проявленную активность, и обещал, что вынесет их на следующее внеочередное собрание в ближайшую пятницу. Это должно было польстить честолюбию, но сейчас дела товарищества, как и прочие наполнявшие жизнь заботы вдруг потеряли свою значимость. То, что могло случиться завтра утром, одним кровавым росчерком сводило все на нет. Даже горячо любимые жена и дочь, отдалившись, оказались за невидимой преградой, за которую им нельзя переступать.

      Чтобы не встречаться с Анной, Александр прямо со двора отправился в теплицу. Там попытался работать, но занятие, еще недавно бывшее для него таким важных, тоже потеряло смысл. Неожиданно поймал себя на том, что в данный момент больше боится не завтрашней дуэли, а предстоящего семейного ужина.

      "Как и с каким лицом будет он слушать беспечную Анькину болтовню? Преодолеет ли искушение рассказать, что его ожидает завтра? Да она и сама может обо всем догадаться!"

      В том, что жена сделает все, чтобы сорвать дуэль Александр ни секунды не сомневался. В глубине души он и сам хотел этого, но разум безжалостно рисовал картину дальнейшей жизни в бесчестье. Самым отвратительным было понимание того, что и жена, в итоге не вынесет такого положения, и через некоторое время посчитает за лучшее расстаться с изгоем.