Читаем Жители ноосферы полностью

Чего вечером ни сделаешь ради удачного трудоустройства!.. В пассиве у меня были трагический финал любовной истории, чистый паспорт и свободное сердце, а в активе — Ленка, неуклонно переходящая в старший детсадовский возраст, и острая нужда хотя бы в малом московском окладе вместо большого березанского. Приятный вечер завершился тем, что меня взяли в штат «Ля-русса» как модератора культурной страницы, вмещающей проект «Берег реки забвения» (сама придумала!).

Но скептическое пророчество босса вышло правдой! Когда я принялась готовить открытие проекта «Берег реки забвения», оспаривать с пеной у рта выспреннее название, сломив имманентную гордыню, искать спонсоров и помощников-единомышленников из числа потенциальных героев сайта и отказываться от их медвежьих услуг, ибо каждый несостоявшийся в первую очередь предлагал сделать достоянием общественности собственные залежи, шокироваться виду резервуаров никем не востребованной интеллектуальной собственности, — мне полторы тысячи раз приходила мысль послать этих непризнанных гениев подальше! И предоставить им самим заботиться о теплом месте в ноосфере.

Четыреста пятьдесят два московских соискателя халявы (размещения на портале себя и своих друзей) были удалены с поля боя тут же. Я поняла, что от писателей самоотверженной работы с текстами, кроме личных, не дождешься, и все взвалила на свои плечи. Тут и стала загибаться. По «аське» и по «мылу» связывалась с писательскими союзами, творческими клубами, литературными объединениями, библиотеками, музеями всех областей и просила представить мне списки фамилий «выбывших из игры» литераторов. Поскольку на местах рассуждали так же, как и в Москве, я безумное количество времени только объясняла, что меня интересуют люди, обойденные жизненным успехом. Пришлось выработать универсальную формулу:

— Вы получили хоть какую-то известность, а я стараюсь для тех, у кого ни строки опубликованной нет!

Посему людей, засветившихся в литературных изданиях, выпустивших книги и читавших лекции, отбривала. Культурная работа за несколько месяцев принесла мне столько недоброжелателей, сколько не порождала вся моя журналистская судьба.

Я немного рассчитывала на приветы из ноосферы — но дудки! Ее жители предоставили мне спокойно разбираться с формальностями, а сами залегли на облака в ожидании лавровых венков. Знак свыше явился мне совсем иначе.

Ценой неимоверных усилий накопилось работ на первый жиденький хостинг. Ваять сайт я засадила молоденького веб-дизайнера из «Ля-рюсс. ру». И подошла вплотную к процессу, слабовольно откладываемому «на потом» — добыть публикабельную информацию о бывшем любовнике Пашке Грибове. Результат превзошел мои ожидания. Точнее, отсутствие результата.

Верный мой ухажер Васенька Сохатый при телефонном разговоре «Выведи меня на людей, кто хранит Пашкин архив — хочу поставить его на свой портал» — как-то странно забулькал и открестился от чести быть моим посредником. Еще не сильно удивленная, я разыскала бывшего владельца «Перадора», который казался мне более деловым человеком, но и тот довольно невежливо отказал мне в помощи, сославшись на занятость. Тут я уже поразилась всерьез и надавила: не хочешь помочь, так объясни почему! — он не объяснил, и мы поругались. Я осталась в недоумении.

На следующий день мне в редакцию позвонила некая странная старушка — ее голос дребезжал, точно стакан на купейном столике. Потребовала к телефону составителя сайта «Берег реки забвения». Я решила не заморачиваться на деталях:

— Слушаю вас!

— Слушайте! Представьтесь! Я должна знать, кто ищет стихи этого талантливого засранца Пашки Грибова!

Я поняла, с кем имею честь — с той девицей в огромных очках, что так забавно и трогательно материла Пашку после вечера памяти Савинского. Ее имя выветрилось у меня из башки сразу после мимолетного представления. Она, видимо, крепко любила Грибова, посвящала ему жеманные платонические стихи под Северянина и Надсона.

Я представилась. И получила в ответ:

— Так это ты, сучка драная?! Ты, подстилка трипперная?! Шалашовка подзаборная?! И я с тобой, тварью, еще разговариваю?! И ты еще смеешь со мной разговаривать?!

— Эй, полегче на поворотах! — обиделась я.

— Из-за вас, двух дряней, у всей русской литературы проблема! Он свалил в Новгород Великий в зените своей славы, козел! Съе…лся за этой сучкой Миленой, никогда ее терпеть не могла! И у кого теперь спросить, что наш любимый сукин сын Пашка навалял в своем изгнании, мудило, а? У Милены? Или у тебя, гадюка? Одна его увезла в свой долбанный Мухосранск, ей туда и дорога, но Пашку она погубила! Половина его стихов пропала, ети ее налево! Другая хочет на его светлом имени делать себе свой сраный промоушн — знаю я вас, журналюг, на чужом горбу да вечно в рай…

— Аккуратнее, я тебе не Милена!..

— А ты, рожа козлиная, давалка дешевая, журналистская шлюха, чем лучше Милены?! Ты, мерзавка, и думать не моги, что я тебе передам Пашкины стихи! Пусть их лучше вместе со мной похоронят, чем ты их вывесишь на свой говенный сайт!..