— И сгинуть? Свою решимость девочка уже показала, дальше пустят к Источнику и будет ей вторая сфера. Старейшинам тут и сказать будет нечего. Отдыхайте и готовьтесь идти по морозу. Буря стихает, часа через два выходим.

Мала отвернулась и погасила почти всех светлячков в пещере, а потом запечатала сферы волхвов, защищая от дикой силы. Но, увы, этим она ослабила свою печать на устье дара, которая теперь едва держалась.

<p>Глава 35</p>

Есть ли что-то горче ненависти?

Да, сожаления о потраченном впустую времени.

(из беседы старца и странника)

После ухода старшей княжини поместье продолжило жить. И Ясне казалось, что суеты стало даже больше. Она чувствовала в своих людях гордость за их сиротский клан, и с теплотой вспоминала все сказанные три недели назад слова. Да и что таить, Ясна тоже свободно расправила плечи и улыбалась, хотя ночами порой к ней и возвращался старый кошмар.

Но было и то, что с каждым днём всё сильней тревожило девушку. С тех пор, как Мала ушла с караваном, в первую неделю ещё приехали два купца, а потом — никого. И ладно бы дожди опять дорогу размыли, но погода стояла сухая, да и броды ещё в том году укрепили и даже мостки наметили. Вот будет время, можно и мосты поставить.

Размышления княжини прервал прибежавший от ворот мальчик. Он, запыхавшись и упираясь руками в колени, едва выговорил:

— Там, гонец. Странный.

Ясна кивнула и улыбка исчезла с её лица. Девушка оправила одежду и поспешила вниз по склону, на площадь, куда начали собираться дружинные воины. Мужчины окружили всадника широким кольцом, но завидев Ясну, расступились и с лёгкими поклонами пропустили её вперёд. Волховица присмотрелась к гонцу, запылённому, в добротной дорожной одежде бородачу лет сорока, и он показался ей знакомым. Она нахмурила брови, силясь вспомнить, и тут гонец сам заговорил.

— Лекарка Ясна! Помните? Лет с десять назад на дороге?

— Ты приказчик почтенного купца Звяги? — наконец узнала Ясна и заулыбалась. Она его не признала сразу, ведь десяток лет в дороге состарили и сильно изменили лицо. — Сестра говорила, что он и сам обещался заехать. Проходи, проходи. Сейчас тебе в гостевом доме место подготовят и баню истопят, вымыться с дороги.

— Кхем, — мотнул головой приказчик. — Обождёт. Там, на бродах, три дружины собрались. Я поспрашивал, они с ближних волостей от князя. Воевать идут. К вам.

Улыбка застыла на лице Ясны, да и сироты вокруг затихли так, что было слышно, как подкованное копыто деревянные плашки царапает, и как ветер в соломе на ближних крышах шуршит. Княжиня прикрыла глаза, собираясь с мыслями, и спокойным голосом спросила:

— Так кто же на Последние земли позарился? Веками не нужны были, а тут аж трое, — она не дрогнула и не показала охватившего сердце страха, только выше подняла голову, да спина одеревенела, распрямившись.

— Нет, земли коль и возьмут, то потом решат. Они отобрать хотят то, что волховица Мала из-за Врат привезла. Весь город у Последней реки только об этом и судачит. Сказывают, что она привезла что-то в большом свёртке и дома оставила. А как княжам сказали, что старшая опять ушла, так они и поспешили отобрать.

— Что за чепуха? И кто в такое поверит? Из Перерождающегося мира ничего нельзя забрать. Это все знают!

— Может и чепуха, но три дружины уже брод перейти должны. Я едва перед ними успел проехать, предупредить. Даже обоз оставил возле города.

— Благояр! — крикнула Ясна и уже ровным голосом продолжила, повернувшись к подошедшему воину. — Отправь мальчишек по деревням. Пусть поднимают в щиты кого смогут. А сам дружину выводи на заставы, которые вы с сестрой ставили все эти годы. Верея! Верея! — Ясна осмотрелась вокруг, она не сомневалась, что женщина тоже посматривала со стороны, просто не совалась в гущу. — Устрой гостя и пусть готовят все дома. Скоро будет людно. В хворых ученицам я сама раздам указанья. От бродов до поместья идти дней пять, а перешли реку дружины дня два тому. Мне не интересно, что же княжи-соседушки себе напридумывали, но это наш дом, наша земля и мы её никому не отдадим.

Княжиня кивнула гонцу и взмахом руки отпустила всех. Новость разлетелась по поместью быстрей пожара, и людей охватил страх. Но стоило им посмотреть на слабую и мягкую, на их добрую княжиню Яснушку, как им становилось немного стыдно, и они неловко отводили взгляд, а потом распрямлялись и спешили выполнить приказы да занять место. Через пару часов паника улеглась и Яр нашел волховицу заверить, что к закату поместье будет готово защищаться и держаться до подхода ополчения.

Ясна кивнула и задумчиво посмотрела на вершину их горы. Над ладонью девушки заплясали хоровод полдюжины светлячков, порой подпрыгивая на вершок вверх и возвращаясь обратно. Волховица тяжело вздохнула, закрывая на миг глаза, и прошептала: