Читаем Жестянка полностью

– Отлично. Совещание, товарищи, у нас будет обычное, деловое. А дела в гарнизоне идут хорошо, планы пока выполняются, нарушений дисциплины и ЧП экзогенного характера отсутствуют, – витиевато завернул шеф.

Все согласно закивали, замычали.

– Это весь состав конвоя, Ирина? – шеф с одобрительным удивлением посмотрел на Мустафу, который положил на столешницу блокнот для записей и карандаш. И уже сам придвинул к себе пару листов писчей бумаги.

– Да, четыре человека, включая Иосифа Самуиловича, – ответила напарница.

– Согласен, этого количества вполне достаточно, – кивнул Дед и перевёл взгляд на Мустафу. – Вот только лично вы, молодой человек, в Переделкино не поедете.

– Почему? – выдохнул парень с округлившимися глазами. Блокнот закрылся.

– Потому что ты, Мустафа, временно назначаешься старшим команды спасателей, как самый толковый из остающихся. Или нам на период командировки основной группы плюнуть на возможное прибытие новых баррелей? Эта задача возложена на вторую группу спасателей и на вас лично, товарищ боец, – объяснял шеф, в зависимости от посыла легко переходя с «вы» на «ты».

– Кроме того, не забывайте, что спасатели – спецназ Пятисотки. И мой личный отряд для особых поручений. Поэтому во главе группы, даже небольшой, в любых ситуациях должен быть самый толковый боец. Ясно?

Я легонько толкнул парня в бок – слышал, ты самый толковый! Так что не быкуй.

– Слушаюсь, товарищ главный! – без всякого энтузиазма, но и без напряжения откликнулся помрачневший было Мустафа. – Могу идти?

– Куда это ты собрался? – нахмурился Владимир Викторович. – От тебя требуется кандидатура на замену. Ты же бойца в первую группу передал?

– Так точно, Спику, Владимир Викторович, – после нескольких секунд раздумий объявил группер-2. – Спокойный, рассудительный, смелый боец, отлично развит физически. Лучший стрелок группы.

– Спика, Спика…

– Это Семён Пикачёв, мы с ним в рейд по Дуромою недавно ходили, – напомнил я, а Дед, наконец-то вспомнив Пикачёва, кивнул головой.

– Проверенный в деле человек, надёжный, – поддержал я Мустафу. – Очень не любит, когда его называют по имени, особенно Сеней. Говорит, что всю жизнь только и слышал фразочки «Береги руку, Сеня!» и «Семён Семёныч…».

– Тогда понятно. Вот и отлично. Кретова, его нужно будет дополнительно проинструктировать, так что записывай, записывай. Самое время на эти дни и в «двойку» взять стажёра… Подберите из нашей молодёжи, согласуем. Молодёжь у нас хорошая, ответственная, – после этих слов Владимир Викторович оглянулся на портрет Сталина.

– Как с оружием и связью, Мустафа?

Тот быстро перечислил марки имеющихся в группе радиостанций, тип и количество стволов.

– Богато живёте. Две винтовки и гладкоствольные ружья в ассортименте. Кстати об оружии! – словно бы только что вспомнил глава Пятисотки, – Две освободившиеся двустволки занесите-ка мне, прямо сюда. Я решу, как их распределить по службам, многие оружие просят, знаете ли. Рыбаки, ремонтники… Вот и Иосиф Самуилович нет-нет, да вспомнит.

Интендант в ответ лишь пренебрежительно поморщился, показывая, что не очень-то и вспоминает об огнестрельном оружии. А чего ему опасаться, от какого недруга отбиваться, сидя под капитальным сводом складского ангара?

Облом вышел! Мы только вчера говорили с боевой подругой о том, что неплохо бы отжать у «двойки» один гладкий ствол в свою пользу. Чисто ради баланса и справедливости. Похоже, что шеф решил поступить по-своему.

– И вот…

Он с кряхтением нагнулся к выдвижным ящикам стола. А когда выпрямился, на стол со стуком легли две коричневые кобуры с пистолетами Макарова.

– Я решил выдать по пистолету каждому групперу. Разбирайте, товарищи командиры. Правда, к каждому в комплекте всего два магазина… Думаю, так или иначе разживётесь. Спасатели вы или нет?

Ирина первой смела со стола тяжёлую кобуру, она проверила оба ствола ещё перед сдачей трофеев. Взволнованный Мустафа особо виду не подал. Он степенно привстал, взял в руки оружие, чуть вытащил пистолет, глянул на него мельком, и снова убрал, застегнув ремешок.

А вот это хороший расклад! Я улыбнулся Ирине, она мне. Пёс с ним, с гладкостволом, мы никогда не охотились на мелкую дичь, на то в общине молодняк есть. Пусть гоняются за боровой дичью. Хотя она тут больше пустынная и лесостепная.

– Теперь доволен? – с улыбкой спросил Владимир Викторович у Мустафы.

– Так точно! – рявкнул парень, вставая. – Группа-2 готова к любому челленджу!

Я тихо кхекнул, Ирина сделала фейспалм.

– Э-э… Простите, не понял последнего слова, челлендж это что? – шеф обвёл глазами присутствующих.

– Новое словечко, вызов, так сказать, предложенное кем-либо или самой судьбой испытание, иногда в подражание или на спор, – пояснил Троцкий характерно высоким голоском. – Что поделать, жизнь идёт, Владимир Викторович, прибывающая молодежь так и тянет с Земли новые термины и жаргонизмы.

– Гм… Челлендж, говорите? – пробормотал Дед, записывая что-то на листке. – Вы уж просвещайте меня, чтобы не отставал… Так. Что по транспорту, какова ситуация на маршруте конвоя? – деловито поинтересовался шеф.