Читаем Женщины-легенды полностью

Асандр вновь оказался победителем. На этот раз его победа была более крупной по политическим масштабам: ведь, расправившись с Митридатом Пергамским, Асандр тем самым бросил вызов самому Цезарю, а Цезарь из-за занятости не принял вызова. Это обстоятельство еще больше возвысило Асандра в глазах свободолюбивых боспорцев.

Асандр провозгласил себя архонтом Боспора. Почему архонтом, а не царем? Это, видимо, он сделал из тактических соображений, не желая вызывать излишнего раздражения в Риме. Он понимал, что прежде чем вступить в противоборство с Вечным городом, надо основательно укрепить Боспорское царство изнутри, а на этом поприще дел был непочатый край.

Прежде всего Асандр решил наладить денежную систему Боспора. В первый год его правления чеканились золотые статеры, на которых Асандр именовался архонтом. Полновесное золото Асандра сразу же получило признание во всем Причерноморье. В последующие годы чеканились монеты с изображением богини победы Ники, стоящей на корабельном носу.

Желая закрепить юридически свое положение правителя Боспора, Асандр подумывал о браке с Динамией. Можно только догадываться, каково было его удивление, когда он, обратившись со своим предложением к Динамии, встретил ее полное согласие.

Что касается самой Динамии, то второе посещение страны аспургиан не прошло для нее бесследно: по истечении определенного срока она почувствовала, что забеременела — таков был результат ее встречи с аспургианином Асандрохом. Поэтому Динамия, не откладывая сватовства Асандра на более долгий срок, сразу же приняла его предложение. Вскоре состоялось по-царски пышное бракосочетание шестидесятитрехлетнего Асандра и шестнадцатилетней Динамии.

По истечении нескольких месяцев Динамия родила сына, которого по ее настоянию назвали Аспургом, якобы в честь родства матери с племенем аспургиан.

Асандр признал Аспурга своим наследником, так и не узнав, а может, и не желая знать, тайну его рождения.

Первые три года правления Асандр назывался архонтом, но в 44 году до н. э., когда пределов Боспора достигла весть о смерти Цезаря, он провозгласил себя царем, а Динамия стала царицей. Подтверждением этому служат боспорские монеты, относящиеся к «этому году, на которых Асандр величается царем.

Во время совместного царствования Асандра и Динамии было много сделано для укрепления границ Боспорского царства. Прежде всего это касалось укрепления Керченского полуострова, где была построена на значительном протяжении стена и большое количество башен с целью воспрепятствовать вторжению скифов в боспорские владения.

Одной из первоочередных задач Боспорского царства в это время была борьба с пиратами. Для успешного разрешения этой задачи Асандр и Динамия отрядили почти весь военный флот, которым по-прежнему командовал наварх Панталеон. Несколько лет потребовалось Панталеону, чтобы полностью очистить от пиратов воды Понта Евксинского, омывающие боспорские владения. Победа над пиратами имела важное политическое и экономическое значение: во-первых, она в огромной степени повлияла на признание римлянами Асандра и Динамии царем и царицей Боспора; во-вторых, были восстановлены нормальные морские торговые сношения Боспора с другими странами, разлаженные в период Митридатовых войн с Римом.

В ознаменование этой победы навархом Панталеоном в пантикапейском порту были поставлены статуи Посейдону Сосинею («Спасителю кораблей») и Афродите Навархиде («Судоначальнице»). Похоже, что Панталеон в угоду царю и царице распорядился, чтобы статуям были переданы их черты. Во всяком случае, в посвятительной надписи на сохранившейся мраморной базе от статуй Асандр назван царем царей, а Динамия царицей.

Тридцать лет — таков период совместного правления Асандра и Динамии. Была ли счастлива Динамия в эти годы? Конечно, Асандр, будучи стариком, не мог принести ей удовлетворения. Единственным утешением в личной жизни Динамии был ее сын Аспург, и естественно, что всю свою неразделенную любовь она перенесла на него. Видимо, не забывала она и возлюбленного своей юности — Асандроха. Зная, что Аспург является его сыном, Динамия иногда отправляла последнего в страну аспургиан, чтобы не рвать связи со своими могущественными сородичами по материнской линии.

Встречалась ли Динамия в эти годы с Асандрохом? Возможно. Но только эти встречи скорее носили государственный характер. Вряд ли боспорская царица при живом муже-царе могла себе позволить интимные встречи. Но связь их сердец не прерывалась всю жизнь.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука