Читаем Женщины-легенды полностью

Что касается предложения Филиппа II, то по своему положению он мог бы быть достойным женихом, как полагала сама королева. Елизавета не забыла, что он спас ее от врагов, к тому же Испания выступала союзницей Англии в борьбе против Франции и Шотландии. Поэтому прямо отвергнуть предложение Филиппа она не решилась, тем не менее для себя этот вопрос она уже решила.

Елизавета знала о том, что обручение с Филиппом повлечет за собой восстановление позиций католицизма и подчинение страны воле испанского монарха. Это не соответствовало ее политическим расчетам.

Мария же первые три года в Шотландии провела без каких-либо серьезных потрясений. Правил регент Мер-рей, а королева лишь председательствовала. Отношения с Елизаветой заметно потеплели. Королева Шотландии, да еще под покровительством Меррея, верного слуги Елизаветы, ей была не страшна. Между Елизаветой и Марией Стюарт завязалась переписка. Мария послала Елизавете в знак любви бриллиантовое кольцо, а та передала ей еще более ценный перстень. Но едва заходил разговор о личной встрече, обе замолкали. Они понимали, что одна из них должна была уступить, и каждая ждала своего часа.

Мария Стюарт и не думала до конца своих дней тихо и мирно управлять Шотландией. Она смотрела на эту корону, как на ставку в большой игре, где можно выиграть блестящую партию. Целых два года тянулись переговоры о замужестве Марий. Кандидатом на ее руку выступал Дон Карлос — наследник испанского престола. Активное участие в выборе женихов принимала Елизавета, так как она очень опасалась, чтобы Мария не вышла замуж за иностранного государя; в этом случае Шотландия была бы навсегда потеряна для Англии. Дон Карлос медлил с ответом, а Елизавета стремилась форсировать события. Она не возражала бы против принца протестантской веры — короля Датского или герцога Феррары, однако самой реальной кандидатурой, по ее мнению, был Роберт Дадлей. Это предложение прозвучало, как гром среди ясного неба. Не могла королева Шотландии и вдовствующая французская королева выйти замуж за какого-то ничтожного дворянина без единой капли королевской крови, и, кроме того, всей Европе известно, что Роберт Дадлей уже многие годы состоял в потешных любовниках у Елизаветы. Правда, для того чтобы Мария не ценила жениха слишком низко, Елизавета возвела Даддея в сан графа Лестерского, что шотландской королевой было расценено как одно из самых бестактных выходок Елизаветы. Однако Мария сдерживала негодование: надо было заручиться настоящим престолонаследником, а потом уже отвечать на оскорбление.

Но у шотландского двора был еще один кандидат — Генри Дарнлей. Он пока находился в резерве. По материнской линии в жилах 18-летнего юноши текла королевская кровь Тюдоров — он приходился правнуком Генриху VII и поэтому вполне подходил любой государыне, к тому же он был католиком.

Юный принц мастерски сидел в седле, грациозно танцевал, любил музыку. Он был хорошо вышколен, хотя и не слишком умен. Мария — молодая двадцатитрехлетняя женщина, вдовствующая уже четыре года, влюбилась в Дарнлея. Это видел весь двор. Но возможный союз вызвал взрыв возмущения у регента Меррея. Он обратился к сестре с просьбой отказаться от брака, так как ограниченный юнец будет стремиться управлять государством, что привело бы к восстановлению католицизма и подавлению Реформации в Шотландии. Елизавета же пришла в неистовство. Она приказала своему подданному Дарнлею немедленно вернуться в Англию, пригрозив конфисковать все земли его отца. А когда все это не возымело успеха, Елизавета впервые в открытой форме выразила готовность подтвердить права Марии на английский престол, если та откажется от этого брака. Но последнюю уже не интересовали династические права — она была только женщиной, только возлюбленной.

29 июля 1565 года колокола возвестили о венчании королевы. Замок осадила ликующая толпа, в которую щедрыми горстями бросали деньги. Четверо суток кипело веселье. А в Лондоне другая королева, незамужняя, замышляла против Марии Стюарт враждебную акцию. Она не жалела денег для подкупа и организовала мятеж.

Мария в сопровождении своей свиты выехала навстречу бунтовщикам. Один за другим приходили бароны с повинной к своей государыне, и только Меррей бежал в Англию.

Елизавета пыталась доказать свою полную непричастность к заговору. Мария Стюарт победила — вступила в брак по собственному выбору и ликвидировала мятеж. В стране на какое-то время воцарился мир и тишина.

Во втором браке Марию постигло жестокое разочарование. Ее муж, ограниченный, тщеславный юнец, поняв, какую он приобрел власть, становился наглым и заносчивым. Осознав ничтожество этого человека, Мария лишила его своих милостей, отняла у Дарнлея все привилегии. Его больше не звали на заседания государственного совета, и он уже не играл при дворе первой роли. Сама Мария, охладев к этому человеку, отказывала ему в близости, мотивируя это своей беременностью. Но Дарнлей понимал, что все гораздо сложнее.