Читаем Женихи полностью

Бердов. Вот и замечаю: борода у тебя — целая копна, а того не понимаешь, что работать без плана нельзя! Вот ты заведующий мастерской, а работает она плохо. Хабац жалуется на тебя. Ответь-ка, на сколько процентов выполнен план в первом квартале?

Шаулох. То есть?

Бердов(передразнивает). «То есть, то есть»… Ты понимаешь, что такое процент?

Шаулох. А какие проценты с меня спрашиваете?

Бердов(широко раскрыв глаза, смотрит на него с недоумением). Да ты с неба свалился или издеваешься? Люди, понимаешь, перевыполняют свои личные планы на производстве, а у тебя, оказывается, для целой мастерской даже никакого плана нет? Что ты, скажи мне, вообще за субъект такой? Если бы твоя борода не была такой длинной, я бы с тобой совсем иначе говорил. Благодари же бороду! Чего глаза вылупил?! Будет наконец производственный план мастерской или нет?

Шаулох. Снова-здорово!

Бердов. Что-что?

Шаулох(непочтительно). Да все о том же, толчем воду в ступе.

Бердов. Видать, ты шутник. Но мне не до шуток, и я приказываю — сейчас же иди составь план. Зайди к Хабацу.

Шаулох(размышляя). Я как-то прикинул: если проведем чистую воду в село, придется, пожалуй, и вовсе прикрыть мою мастерскую.

Бердов. Я вот тебя прикрою… Чего еще торчишь, иди. (Отворачивается.)

Шаулох(в сторону). Если ты в районе еще у руководства продержишься, моя жалкая мастерская перерастет, пожалуй, в фабрику… (Ворча, уходит.)

Во двор вошла Зарета, проходит в здание, не замечая Бердова, сидящего на скамейке; из окна выглядывает Лена.

Бердов(вслед Зарете). Ну и красавица! Кто же она такая? Не прихватить ли и ее на пикник?

Лена. Товарищ Бердов, тут вас спрашивает агроном.

Бердов. Пришли сюда, там душно.

Лена. Душно? А как же я терплю?

Бердов. Ты — кожа да кости, тебя жара не проймет.

Лена(язвительно). Зато вашего жира на всех хватит.

Входит Зарета. Бердов пристально рассматривает ее.

Бердов(разговаривая сам с собой). Или в глазах мерещится, или на самом деле моя первая жена? К счастью эта встреча или на беду? (Поднимается и идет навстречу.) О Зарета, Зарета, откуда к нам пожаловала? (Хочет взять ее за руку, но она резко убирает руки.)

Зарета(хмуро). Я зашла к вам по делу.

Бердов. Зарета, дела делами, а как дети?

Зарета. Какие дети?

Бердов. Я о наших детях спрашиваю. Присядь, Зарета.

Зарета. Сяду. (Садится на скамейку.)

Бердов тоже присел. Во двор входит Калла. Она направляется к Бердову, но, увидев Зарету, круто поворачивается и начинает следить за ними.

«Наши дети»… А сколько раз вы вспомнили о них с тех пор, как бросили на произвол судьбы?

Бердов. Я не забывал их, хотя и не был рядом с ними.

Зарета. Знаю: обману вам не учиться.

Бердов(хочет ее слова перевести в шутку). Ох и язык у тебя востер, как и прежде… Или не я им отец?

Зарета. В течение девяти лет вы ни разу не навестили их. Не знаете даже, кого из них как зовут.

Бердов. Не оправдываюсь… (Игриво.) Но все же — я их отец или нет?

Зарета. Нет. У них нет отца. Когда они в нем нуждались, то вам не до них было. Теперь же они в вас не нуждаются.

Бердов(с раскаянием). Я совершил ошибку, оставив тебя.

Зарета. В тысячу раз больше ошиблась я, став вашей женой.

Бердов. Почему?

Зарета. Потому что вы любите только себя, до других вам дела нет. Отец мой от досады и горя умер, брат не вернулся с фронта. И в такую трудную пору вы бросили меня с двумя детьми.

Бердов. Почему же вы не потребовали тогда с меня алименты?

Зарета(медленно цедит сквозь зубы). «Алименты»… Да будь у вас совесть, вы не осмелились бы и произнести этого слова. И какими алиментами можно исцелить те сердечные раны, которые вы нанесли мне и моим детям, моей матери…

Бердов. Я же признаю, что глубоко ошибался.

Зарета. Не верю вашим покаянным речам. Ради спокойствия своей жалкой душонки вы готовы растоптать благополучие любого…

Бердов(оскорбленно). В мой район затем приехала, чтобы говорить эти дерзкие, непродуманные слова? Чтобы испортить мне карьеру? (Встает.)