Читаем Жена нелегала полностью

— Но за все надо платить, — продолжала Лиза. — Я слишком выделялась в лаборатории. Делала вещи, которые ни у кого другого не получались или получались плохо, с пятого на десятое. Начальство, наверно, боялось, что я их подсижу. Что вполне могло случиться. Андропов уже дважды вызывал меня на беседы. Один раз вместе с руководителем лаборатории. А во второй раз — уже без него. И вот тут-то им представился случай от меня избавиться. Гэдээровская разведка обратилась с просьбой прислать им специалиста, который мог бы поработать с курсантами, поучить их искусству обольщения, чтобы они научились быстро и безошибочно соблазнять женщин, имеющих на Западе доступ к секретам. Операция «Ромео». Строго говоря, это была не одна операция, а множество. Но применялся этот код — «Ромео» — для обозначения определенной технологии. Той самой, которой я обучала восточногерманских разведчиков. Поначалу все они относились ко мне скептически — не укладывалось в голове, что соблазнению их будет учить баба. Но уже со второго занятия скептицизм рассеивался — они увидели, что у меня есть преимущество: я понимаю обе стороны в этой игре. И мужскую роль вижу, и женскую реакцию прогнозирую. Каждый второй из тех, кого мне показывали, никуда не годился, и я их сразу забраковывала. Они уходили бумажки перекладывать. Зато остальные вполне могли освоить минимум техники обольщения и с успехом применяли ее на практике. Попалось и несколько блестящих экземпляров. Обаятельных от природы и все хватавших на лету. Вот они-то и достигли настоящего прорыва. ГДР, как я понимаю, получила доступ к невероятным тайнам через всяких секретарш и ассистенток в министерствах, в структурах НАТО, в стратегически важных компаниях. Ну и, конечно, немцы делились добытой информацией с КГБ.

— Я слышала об этом, — сказала Джули. — Какая гадость… Какая подлая эксплуатация женского одиночества, инстинкта создания семьи! И выходит, вы все это… сделали возможным… Вы их научили!

— Не стоит преувеличивать моей роли в истории. До моего приезда «Штази» уже имела пару случаев успешной вербовки западных немок через любовные связи со своими агентами. Но это было дилетантство. Я подняла уровень подготовки этих разведчиков на иной уровень, это правда.

— И вы этим гордитесь?

— В некоторой степени. Как чисто научным достижением. Хотя сейчас я бы, наверно, отказалась от такой роли. А в то время ни о каком моральном аспекте не задумывалась. Тем более что к практической стороне дела я не имела никакого отношения. Кого они там вербовали, как, зачем… Читала с тех пор, как и вы, кое-что в прессе, думала: наверно, дело рук моих учеников, неплохо я их выучила.

— Ну хорошо. А при чем здесь Юрий? Как вы оказались рядом с ним?

— Сейчас узнаете. Настал момент, когда Андропов вспомнил обо мне. И меня вернули в СССР. Но в лаборатории мне места не нашлось. Направили меня в густые леса, в школу нелегальной разведки, отбирать потенциальный материал для советского варианта «Ромео». А мне это тогда уже смертельно надоело, хотелось чего-нибудь другого. Не в лес. В Москву тянуло, в театры, в кино вдруг походить захотелось. Что-то во мне происходило. И стала я материал браковать. Тем более что он и вправду был не очень. К немцам требования предъявлялись заниженные, они на родном языке в основном работали и в родной культуре. Это гораздо легче. Присылали ко мне всяких красавцев писаных, а я придиралась и очень по-научному писала заключения. Не годен. Не годен. Не годен! Но однажды случилось вот что: попался мне вдруг человек не просто одаренный, а феноменально талантливый. Просто от бога. То есть если я была, ну не знаю, скажем, Ференцем Листом нейролингвистического программирования, то этот человек был, наверно, Моцартом. Гением. Я была поражена. И опять захотелось работать — но только с ним. Вы, наверно, уже догадались. Это был Юра.

Тут Джули вдруг резко вскочила на ноги. Сказала:

— Мне надо Шанталь проверить.

И убежала. Данилин остался вдвоем с Лизой. Она снова попросила у него воды, но теперь мало обращала на него внимания. Не считала нужным тратить на него нервную энергию. И, видно, погрузилась в воспоминания, которые ее волновали.

Время шло. Лиза уже начала нервно поглядывать на часы, да и за окном потихоньку светало.

— Ну где же она?

Данилин повел плечами: откуда мне знать?

Прошло еще несколько минут. Лиза опять подняла на Данилина свои очаровательные глазки, опять пошла в ход техника. Но на этот раз он был уже готов к атаке. Улыбнулся в ответ — но не просто, а иронически. Знай наших!

— Пожалуйста, Алексей, сходите за ней. Время поджимает. Объясните ей, что все это была только предыстория. А самое главное, важное для нее — впереди. И еще. Она, конечно, вообразила, что я сейчас буду рассказывать, как превратила Юру в профессионального обольстителя и он ее соблазнил в интересах КГБ. Но все это не так. Совсем не так! Все вышло из-под контроля. Она должна понять! Верните ее, очень прошу!