— Что случилось? — Кирилл подходит вплотную, но, не получив от меня ответа, встряхивает за плечи. — Рома?!

— Родители в аварию попали. Мне нужно уходить, — встав, направляюсь к выходу. — Кирилл, поговори с Аленой. Пусть дождется меня. Приеду, все объясню ей. Пожалуйста...

Получив от друга кивок, я выхожу из клуба. Сажусь в машину — и прямиком в аэропорт. Лишь бы с мамой ничего не случилось...

Глава 27

Возвращаюсь домой без сил. Разбитая. Сердце ноет, голова раскалывается. Лицо снова мокрое от слез. Оно не высыхает. Всё это действительно смахивает на кошмарный сон. Никогда в жизни не поверила бы, что Рома так со мной поступит. Но он это уже сделал. Вышвырнул меня в грязь, а потом растоптал. Затем просто отдал своему родному брату. Как какую-то игрушку. Тряпичную, безвольную. Ну и естественно грязную!

Усмехаюсь. То ли плачу, то ли хохочу. Уже не соображаю. Мозг отказывается переваривать всю эту ситуацию, которая со мной произошла.

Я поехала к бабушке, поговорила с ней. И с Аней тоже. Она единственная, кто знает, что я сейчас чувствую. Знает, какой ураган бушует внутри меня. Будто сердце вместе с мясом оторвали.

Тревожно не только за себя, но и за Леру. Я уверена, что увидела ее мужа и, возможно, в машине сидела именно она. На звонки не ответила, дома ее нет.

Завтра поеду в роддом, где она должна была родить. Обязательно. Если будет время.

Где-то вибрирует телефон, но отвечать нет желания. Краем глаза замечаю на экране имя Ани, выдохнув, забираю его со стола и нажимаю на зелёный кружок.

— Да, Ань.

— Ты где? — доносится взволнованный голос. — Я к тебе еду. Не нравится мне вся эта ситуация. Совершишь ошибку, а потом всю жизнь жалеть будешь, Алена.

Я никогда не думала, что смогу быть так близка с человеком, которого растила моя родная мать. Мать, которая бросила меня в помойку, сама же стала воспитывать чужих детей. Мать, которая появилась спустя много лет и сейчас начинает качать свои права. Мать, до которой только сейчас дошло, что у нее есть родной ребенок и, что тот самый ребенок тоже нуждается в матери. Нуждалась, да. Не отрицаю. Но уже нет. Не сейчас.

А Аня мне не надоедает. Наоборот. Ее голос, ее слова, советы — они реально успокаивают и приводят в чувства.

Да, она права насчёт ошибок. Я могу отказаться и не выходить замуж за Серёжу. Ну а как же операция бабушки, а? Были бы деньги у моей матери, она бы первую оплатила, разве не так? Именно так. Значит, выбора у меня нет. Никакого, кроме одного. Стать женой брата любимого парня.

— Ань, я спать хочу. Пожалуйста. Устала очень, — отмахиваюсь.

— Вот только не надо, а? Не хрена ты не хочешь спать. Всю ночь в подушку реветь будешь. Я уверена.

Буду. Я тоже уверена. И из-за этого не хочу никого видеть. Мне нужно как-то остыть. Заорать, поплакать, опустошить душу. Без свидетелей.

— Пожалуйста, Ань, — чуть ли не умоляю. — Я реально устала.

— Завтра утром буду у тебя, Алена. Прекрати уже думать о Роме. Успокойся. Есть тут что-то неладное. Не нравится мне всё это. Возможно...

— Не надо его защищать, — перебиваю. — Он взрослый мужчина, Аня. И его точно никто не заставлял говорить мне те гадости, которые он сказал. Он... Господи, Ань. Пожалуйста, хватит. Хватит...

Кричу. Голос срывается. Отключаю звонок, прижимаясь спиной к стене. Сползаю по ней вниз и оседаю на пол, утыкаясь носом в колени. Сердце в груди сжимается от боли и предательства. Будто в легкие засыпают кучу битого стекла. Господи... Ну за что? За что мне вот это всё?

Не знаю, сколько я так сижу и плачу. В голос. Горло болит — и там всё ещё стоит удушающий ком. Звенит дверной звонок и я невольно матерюсь. Значит, Аня всё-таки не выдержала и приехала, хоть и я попросила этого не делать.

Поднимаюсь и ватными ногами направляюсь в прохожую. Вытираю влагу с лица и открываю дверь, но напротив стоит не Аня, а Сережа. Мой будущий муж.

— Ты чего? Плачешь? — щурясь, смотрит в упор. — Алена, с тобой всё в порядке?

Какой же он козел всё-таки. Сукин сын, будь он неладен! Как же притворяется. Как же идеально играет роль взволнованного парнишки.

— Чего тебе? — выдавливаю из себя. — Полночь. Какого черта ты в это время...

— Обсудить надо завтрашний день, Алена, — и без моего разрешения нагло заходит в квартиру.

— Вот завтра утром придёшь и поговорим.

— Нет, я сейчас хочу, Алена. Все точки поставим и я уйду. Нужно заканчивать этот детский сад.

Я усмехаюсь, чувствуя, как к горлу снова подкатывает ком. Черт возьми! Значит, для него жениться на девушке, которая любит его брата — детский сад? Господи, дай мне терпения... Дай мне сил.

— Я умоюсь сначала, — киваю в сторону зала, а сама иду в ванную.

Открываю воду и мою лицо. Поднимаю голову, всматриваюсь в свое отражение в зеркало. Не узнаю саму себя. Зелёные глаза стали какими-то странными. Лицо бледное, губы точно такие же. Я не была такой вчера и не была такой даже сегодня утром. Хватило всего несколько предложений, после которых я сломалась, разбилась. Стала вот такой: беззащитной, слабой. Моя жизнь стала игрой в руках двух братьев.