Читаем Жека 2 полностью

— На него похожи как родные братья. Лысые, здоровенные, в спортивках, с гайками и цепочками. Мимо не пройдёшь. Надо выцепить, где они виснут. Для этого к ним на район человечка нашего заслать. Пусть пару дней понаблюдает. Мы со своими рожами слишком примелькались.

— Так, если примелькались, как мочить будем? — недоумённо спросил Жека.

— Маски наденем. Под абреков закосим — с акцентом базарить будем.

— Ладно. Кого пошлём?

— Графина пошлём. Он понемногу вползает в бригаду.

Графин был здоровенный молчаливый парень. Пришёл в охранный кооператив после армии. Дрался очень умело, и очень жестоко. В делах полный ноль, но как боец, охранник, гоп-стоп, в самый раз.

— Да я так-то знаю, где они зависают, — нехотя признался Славян. — Надо только проследить за ними, когда туда приходят. Чтоб всех сразу замочить. У них там кооператив «Венера», на их районе. Рекламу дают, как будто массажный салон, а на деле это бордель. Девки прям там у них живут. Частью несовершеннолетние. Частью силой удерживают. Мусорам отстегивают, те и глаза закрывают. Или иногда сами приходят.

— Если знаешь, зачем выцеплять, когда они придут? — удивился Жека. — Чё нам Графина впрягать? Меньше людей знают — крепче спим. Да и чё там Графин будет делать? На улице что ли торчать, или на лавочке сидеть перед их малиной? Наедут, спросят ты кто такой? Сейчас я вызвоню свою ййслужебную машину, и поедем на вечер. Встанем где подальше, но чтоб обзор был хороший, видно было их киндейку. И сиди себе в машине отдыхай.

— А водиле чё скажешь? — спросил Славян.

— Водиле хоть что наврать можно. Друга ждём, подругу. Ему похер.

Пришлось идти домой. Переодеться в спортивки. Решили выглядеть как гоп-стоп, и говорить с акцентом. Пистолеты сунули в спортивные сумки. Жека, по старой привычке, сунул в кроссовок финку. Пригодится. Наготове шапки-гондоны с вырезами для глаз. Ну, все… Теперь можно звонить и Романычу.

Романыч, как исправный водитель ещё старой, советской закалки, всю жизнь возящий директоров и главных инженеров, имел дома телефон — ведь машина директора, это считай что его личная машина, может понадобиться в любое время. Забирал он хмыря отовсюду. В любое время дня и ночи. Гараж для служебной машины построен прямо во дворе, из кирпича. Имел электричество, печку и воду, чтоб можно было завести «Волгу» в любое время суток, и любое время года. Приехал быстро.

Массажный салон «Венера» не скрывался нисколько. Находился в старом центре, на улице Октябрьской. Жека — то думал, изворачиваться придётся, крутить на служебной Волге, а тут вообще без проблем. Проехали чуть подальше, развернулись, и встали на противоположной стороне дороги.

— Кого ждём? — поинтересовался Романыч.

— С человеком надо встретиться. У него телефона нет, придётся так смотреть.

— А я приезжал сюда с Николаичем, бывшим директором, — вдруг сказал Романыч. — Он частенько вон в тот массажный салон заскакивал. Говорил, хорошие девочки там массаж делают.

Жека со Славяном заржали. А хмырь — то и к проституткам любил заскочить. Походу, там они с Добеем и стыканулись.

У салона тормознула красная девятка, оттуда вышел краснорожий лысый мужик лет 40, в спортивном костюме и кроссовках. За ним вышли ещё трое таких же. Жека посмотрел на Славяна — но тот остался совершенно спокоен. Приехал Добей с охраной, но Прохора, и Севы, его собригадников, ещё не было. И только минут через десять подъехала ещё одна машина, синяя семёрка, и оттуда вышли ещё трое таких же лысых, накачанных, и в спортивках. Славян чуть заметно кивнул головой.

— Ладно, Романыч, похоже, тот парень не придёт, сидим зря, — сказал Жека. — Езжай домой. Сегодня уже не понадобишься.

Вышли из машины, пересекли дорогу, и неспеша отправились дворами к массажному салону. Даже с улицы было слышно музыку, а в окнах горел свет через красные занавески. Зашли внутрь, и Жека сразу же вырубил охранника в камуфляже, сидевшего у двери, заехав ему кроссовком в ухо. Здоровенный парень мешком свалился со стула.

Из прихожей вело две двери, одна вправо, другая влево. Пацаны одели маски, достали из сумок стволы, передёрнули затворы, сунули по запасному магазину в карман, и разделились. Жека пошёл вправо, Славян влево.

Жека только открыл дверь, как навстречу выбурился какой-то мужик, похоже, тот, кто бабки собирает — в руках у него была папочка и несколько купюр. Он не успел испугаться, когда Жека ногой пробил ему грудину, и мужик мешком улетел в первую попавшуюся дверь. В комнате горел торшер. На кровати с совсем молоденькой девкой лежал мужик с тюремной рожей, с цепью на шее. Поздно было разбираться, кто таков. Жека шмальнул в лоб, и мужик упал на простынь, выплеснув мозги. Тёлка завизжала со страху, конечно же, но Жека недоумённо пожал плечами, и пошёл дальше. Чё орать-то? Ну грохнули. Эка невидаль…

Следующая дверь открылась, и в коридор выскочил сам Добей в одних трусах, услышавший возню и звук выстрела. Понял, что кто-то наехал. Да и то — не плюшками же угостить придут сюда бандиты в масках. Добей запрыгал как боксёр, сжав кулачищи, и прикрывая лицо.