Читаем Жека 2 полностью

Жека неловко выбрался из тачла, и пошёл вслед за Сахарихой, радостно побежавшей внутрь дома. Двери тоже были стеклянные, обрамлённые в алюминий. Жека потрогал, проходя мимо — толщина чуть не 4 сантиметра. Пуленепробиваемые что-ли? А домик-то не так и прост, как кажется с первого взгляда! На полу и стенах мраморная плитка, на которой квадратные коврики с абстрактным рисунком. Причудливые квадратные светильники на стенах льют свет тут и там. Никаких торшеров и хрустальных люстр! Дом Сахара казался гостем из будущего. Конечно же, всё это привезено из-за границы, и наверняка из Японии, куда металлургический комбинат отправлял металлопрокат. Обратно шли товары на бартер. Что бы не заказать себе вот такой вот домишко? Значит, Сахар уже присосался к комбинату через какую-то подставную фирмёшку. Какую-то часть прибыли он конечно, мог прибирать к рукам, но всю навряд ли — там сразу прилетели бы большие дяди из Москвы, и надавали по кумполу обнаглевшему авторитету.

В середине дома сделан бассейн. Небольшой, но глубокий. Примерно 4 на 8 метров. Плавать вполне себе можно — бирюзовая вода, подсвеченная изнутри так и манила прыгнуть, а потом нырнуть, что Сахариха с удовольствием и сделала, с визгом посбрасывав с себя шмот, оставшись в синем купальнике, и прыгнув вниз, обдав всё вокруг брызгами. Однако ж Жека приехал сюда по делу, а не хернёй страдать, поэтому невозмутимо пошёл дальше, за Кротом, на противоположную часть дома.

С той стороны вилла казалась ещё лучше. Там во всю длину фасада шла крытая терраса, под которой сразу же маячил обрыв, заросший деревьями, и если смотреть вперёд, открывалась бесконечная даль с горами и лесом — дом дальней стороной стоял на самом краю обрыва. Стеклянное ограждение террасы казалось хлипким. Ещё немного — и полетишь вниз. И это давало волшебное ощущение свободы и свежести.

На террасе негромко играла музыка, и в необычных креслах сидели Сахар с Элеонорой, о чём-то негромко переговариваясь. Между ними стеклянный столик с брошенными газетами и журналами, в большинстве, иностранными. Сбоку, в углу террасы, стоял качок в костюме и чёрных очках, бесстрастно наблюдая за боссом и по сторонам. Жека смотрел на Сахара, и удивлялся — живут же люди…

— О, Соловей, тебе чего? — не поздоровавшись, спросил Сахар, увидев Жеку.

Элеонора чуть улыбнулась, и помахала нежной розовой ладошкой. Была она в коротком домашнем халатике, только на этот раз японском, с какими-то розовыми драконами на зелёном фоне. Как и всегда, красива и обаятельна.

— Нам тут с налоговой позвонили… — сказал Жека. — Сказали кооператив незаконно работает по четырём направлениям. Нужно переделать в товарищество с ограниченной ответственностью.

— Это по каким ещё четырём? — заинтересовался Сахар. — Чё вы там намутили ещё?

— У нас лыжная база в Еловке, как сюда ехать, под горой. Там кафетерий и пекарня. Охраной всё так же колпашим по малому. Ещё строительную технику в аренду сдаём комбинату.

— Ахахаха, — рассмеялся Сахар. — Так ты, Соловей, неплохо приподнялся. И чё тебе надо ещё?

— Мы прикрываем кооператив, а с расчётного счёта бабки делим по паям, и вносим их в товарищество. Но в нашем кооперативе есть и твой пай — машина которую ты… дал нам на время. Ты её забери или как… И ты же по документам в правлении, а кооператив ликвидируется.

— А с чего ты взял, что я её заберу? — внимательно спросил Сахар, моментом прочухав расклады. — Я её вам дал, пусть и остаётся у вас. Аренду вы мне не платили, водиле не платили. Тачлом пользовались, бабки на нём делали.

— Ты не говорил что в аренду отдаёшь, — возразил Жека. — Ты говорил — берите тачку, и я вхожу в правление кооператива.

— Правильно, не говорил, — согласился Сахар. — Тебе же любой может тачку просто так отдать, и денег за это не взять. В общем так… Девятке четыре года. Сейчас госцена на неё 10 косарей. Но за такие деньги ты ничего не купишь, даже если в очередь на десять лет лет встанешь. На базаре такая, как у вас сейчас, стоит 14 штук. И я эти 14 штук вношу в вашу новую богадельню.

— Ты пойдёшь в учредители? — упавшим голосом спросил Жека, не зная как возразить против наглого отжима их фирмы.

— Нет, не я, — отрицательно качнул головой Сахар. — Мне нахера это? У меня есть своё дело. Документы на Светку оформите. Что она внесла в товарищество пай машиной стоимостью 14 косарей. И что она один из учредителей. Всё просто. Это простая формальность, Соловей. Естественно, она не будет в вашей киндейке заниматься чем-то. Но право голоса у ней будет. А сейчас всё, иди. Свободен.

Сахар махнул рукой, и выгнал Жеку как надоевшего щенка. Вот так Сахар и прибирал к рукам всё, до чего мог дотянуться. Пусти меня в учредители. Вот тебе машина, вот тебе аренда… Нечем рабочим платить? Вот тебе деньги в долг. Возразить боялись. Вот и сейчас, Сахар походя застолбил кусок в начинающем раскручиваться предприятии. А… Ладно. Хер с ними.

— Ты с нами? — проходя мимо, спросил Жека у «коммерсантки», ныряющей в бассейне. — Мне ехать надо. Дел дофига, там стройка у нас идёт, хочу заехать, посмотреть.