Отступать больше некуда, устраивать драку, похоже, бесполезно, раз их даже пули не берут. Мозг судорожно соображал и наконец подкинул решение.

Я развернулся и бросился к зданию вечерней школы, её окна как раз выходили на площадь. Укрытие, конечно, так себе, но другого попросту нет. А судя по разбитым окнам соседних домов, не я первый решил спрятаться подобным образом.

Камень вынес стекло, после чего мне удалось проникнуть внутрь. Не без труда, разумеется, но я умудрился даже не пораниться.

Здание встретило меня широкой лестницей на второй этаж и пустотой. В него уже несколько лет не ступала нога человека – школу перенесли, а на реставрацию, как всегда, нет денег.

Но это сейчас волновало меня меньше всего, я судорожно осматривался, в надежде отыскать хоть какой-нибудь угол, чтобы забиться туда, спрятаться. Ноги пронесли меня мимо ступеней, справа расположились бывшие классы, мебель из которых вынесли подчистую. Укрыться в них не было ни единого шанса.

Приют я отыскал в подвале. Спрятался в каком-то древнем шкафу и старался даже не дышать, дабы не привлекать к себе внимания. Сердце бешено колотилось в груди, словно пыталось вырваться из клетки. «Отчаяние» – наверное, это слово сейчас лучше всего подходило, чтобы описать моё состояние.

Крики на улице давно стихли, но твари никуда не ушли. Их голоса, хоть и приглушённые стенами, прекрасно доносились до моего слуха. А вскоре сверху раздались шаги. Кто-то вошёл в здание, возможно, сейчас они обыскивают всё вокруг, а может, этот кто-то пришёл именно за мной.

– Са-аня-а, – довольно громко позвал знакомый голос. – Санё-ок! Я знаю, что ты здесь, я слышу, как бьётся твоё сердце!

Шаги замерли прямо надо мной, словно он действительно знал, слышал меня. Страх окончательно овладел мной, сковал тело, я был готов расплакаться от собственного бессилия.

– Не бойся, дружище, ты даже не представляешь, как это круто, – голос слегка отдалился, вот только непонятно – он идёт к подвалу или же просто гуляет по пустому помещению. – Тебе понравится, не бойся, выходи. Я всё равно найду тебя.

На какое-то время шаги исчезли, а затем на подвальную дверь обрушился удар, от которого я вздрогнул и едва не пробил затылком заднюю стенку шкафа. Удар повторился, затем ещё и ещё раз, пока не раздался противный хруст. А значит, теперь от чудовища меня защищают лишь хлипкие дверцы моего убежища.

Вновь навалилась тишина, от которой стало ещё страшнее. Я не имел ни малейшего понятия, где он, или оно, отчего мозг рисовал страшные картины собственной смерти. Животный ужас полностью овладел мной, руки тряслись, но я всё ещё старался не шевелиться, не дышать.

Дверь шкафа распахнулась внезапно, я даже малейшего намёка на приближение Серёги не услышал. И тут меня прорвало.

Вместо того чтобы попытаться забиться в угол ещё дальше, побежать, или хоть как-то выскользнуть из ловушки, я набросился на старого друга. Мы вместе повалились на пол, я даже, кажется, что-то кричал, сомкнув руки на его горле.

Резкий удар в печень мгновенно смял моё сопротивление, а рефлекс заставил согнуть тело, в попытке унять резкую боль. Я почувствовал горячее дыхание на шее, попытался выкрутиться, но Серёга крепко держал меня за затылок, с каждым мгновением приближаясь к заветной артерии. Зубы уже начали смыкаться, как вдруг бывший напарник зашипел, словно обжёгся.

Он отстранился, что дало мне возможность высвободиться. В темноте было не разобрать, что случилось, как собственно, и не видно пути к свободе. Прежде чем добраться до выхода из подвала, я несколько раз упал, ободрал ладони и локоть. Но боли не было, страх гнал меня вперёд.

Глава 4. Предатели

Сентябрь 2027 г.

Взрыв прогремел так неожиданно, что хватка одного из «быков» ослабла, и мне удалось высвободить левую руку. Окна брызнули стеклом, засыпая кабинет осколками, и почти сразу снаружи застрекотали автоматные очереди. Это отвлекло остальных, а уж за собственную жизнь я привык бороться, как никто другой.

Эти люди сильно недооценили меня, а может, понадеялись на собственный опыт, количество и силу. Нужно было меня как следует обыскать, прежде чем приступать к допросу. С другой стороны, лишь атака на город дала шанс воспользоваться заначкой, так сказать оружием последнего боя.

Нет, я не был уверен, что смогу завалить всех, просто хотелось забрать с собой хоть кого-нибудь, прежде чем сдохнуть, чтобы победа не казалась им такой лёгкой. Свободная рука метнулась к поясу, где в пряжке ремня скрывался небольшой нож. Несмотря на свои скромные размеры, он способен доставить серьёзные неприятности.

Первым ударом я пробил руку, что сжимала плотный полиэтилен, который плотно прилегал к лицу, и как только хватка ослабла, сорвался со стула и дважды ударил в предплечье «гориллу» справа. И когда наконец полностью освободился, перешёл к активному нападению.