— Разбери продукты. Я отгоню машину в гараж. Потом поговорим.

Когда он вышел, мне хотелось заорать от злости. Схватив сумку — стала забрасывать свои вещи, рыча под нос проклятия.

Ничего себе! Он выставлял мне претензии! Да как он смел? И это после всего, что я пережила! После того, как застукала его с этой пошлой дурой! Кто он такой, что бы меня вычитывать?!

Закипев, словно самовар, и, собрав одежду, отправилась пешком к Юльке, продолжая накручивать себя всю дорогу.

Подружка вытаращила на меня глаза:

— Что случилось?

— На постой возьмете? — Постаралась веселиться я в ответ.

— Что произошло? — Она захлопнула дверь и смотрела испуганно.

— Паша дома?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет еще. Скоро будет. Позвонил, что уже освободился и к свекру собирался заскочить.

— Отлично. По крайней мере, успею объяснить все.

— Так что случилось?

— Ничего. Поругались мы.

— Из-за чего?

Пришлось рассказать. Юля в недоумении округлила глаза:

— Следуя такой логике — я тоже вчера стоила глазки Серому. Ну, может ты и больше с ним общалась, чем я, но не до такой степени, что бы устраивать разборки. А вообще — тут Пашку надо спрашивать. С мужской точки зрения.

— Твой благоверный нам не помощник. Во-первых, он друг Влада, а во-вторых — у вас с ним полное доверие. Заскоками в виде ревности не страдает, насколько помнится.

— Тоже верно… и что теперь?

— Не знаю, Юль! Меня колотит от всего этого! Знаю одно: не Владу рассказывать мне о правилах морали!

Мы пили с ней чай на кухне, когда вернулся Пашка. Он удивленно посмотрел на меня:

— Ты тут?

— Зайчик, идем на два слова. — И Юлька увлекла его в комнату. Я же сидела и корила себя за то, что вообще согласилась ехать в Днепропетровск. О чем они спорили, не знаю, расслышать что-либо толком не удавалось.

Вернулись. Юля уселась рядом со мной. А Паша как-то смущенно сказал:

— Даш… может вам стоит объясниться с Владом, а? Только спокойно, без криков.

— Мы уже достаточно ярко пообщались сегодня. — Скривилась в ответ.

— Я предлагал поехать в гендель вечером, но он отказался, сказал, что вам надо поговорить…

— И тебя не удивило, о чем таком мы можем целый вечер с ним болтать?

— Э-м-м-м… — Он вдруг хохотнул, и выдал: — Ну, как сказать. Поначалу мы с Юлькой сутками из постели не вылезали… излагая мысли в разных позах.

— Чего? — коротко выдохнула от неожиданности. Пашка поймал на лету запущенную в него женой прихватку.

— А что еще…

В этот момент позвонил телефон. Он взял трубку.

— Да!

На том конце что-то сказали. Павел бросил на меня взгляд и ответил:

— Да. — После чего нажал отбой.

Мы с Юлей вопросительно уставились на него.

— Даш, вам надо обсудить все, не усугубляй…

— Паш, что б было понятно: я не собираюсь выслушивать необоснованные претензии от человека, у которого у самого рыло в пуху! Да еще в каком!

— Так он не в курсе был, что ты ушла? — подружка растерянно уставилась на меня.

— Нет.

— Кгхм…

Я молчала. Паша тяжело плюхнулся на стул.

— Даша, пойми, сколько бы ты не удирала, нельзя всегда спасаться бегством. Вы изводите друг друга с каким-то маниакальным упорством. Я не буду разбираться кто, в чем прав, а кто «лев». Но и быть наблюдателем со стороны не могу. Поэтому прошу тебя — поговори с ним.

— Наш разговор закончится очередной ссорой.

— Если ты так себя настраиваешь — так оно и будет.

В дверь позвонили. Павел тяжело поднялся, и вышел в коридор. Вошел Влад.

— Идем. — Бросил он мне.

— Не хочу я никуда идти.

— Даша…

— Что?

— Что за цирк?

Я промолчала. Он подошел ко мне, и взял рукой за предплечье:

— Идем.

Попыталась выкрутить руку, но не смогла.

— Пусти.

— Давай не будем выяснять отношения при наших… друзьях.

— Я не хочу никуда идти. — Моя строптивость иногда не имеет предела.

— Боже, ну как мне это все выдержать? — Влад обратился почему-то к Юле с этими словами.

— А тебя никто не заставляет. — Резонно вставила я.

— Хорошо. — Он набрал побольше воздуха, и громко выдохнул: — Давай тогда просто выйдем и поговорим… на улице. Ты сможешь вернуться в любой момент.

Глава 14

Мне ничего не оставалось, как согласиться. Не сидеть же в чужой квартире со слушателями, да еще и разборки устраивать. Мы молча спустились на лифте вниз, и вышли на улицу. Я, было, примерилась к лавке, но Влад схватил меня за руку и потащил к неизвестной машине.

— Пусти!

— Дома будем разговаривать.

— Мы так не договаривались! Пусти!

— Я не хочу, чтобы нас слышал весь двор.

— Мне плевать!

— А мне нет!

— Мне больно! Никуда я не поеду!

Влад открыл дверь машины, подталкивая меня внутрь:

— Сядь и сиди молча!

— Никуда я… а… э-э-э… здравствуйте. — Увидев незнакомого парня за рулем, замолкла.

— Подвинься.

Через пять минут мы были под домом.

— Спасибо, Валь, с меня пиво.

— Да не за что.

Влад, открыл дверь, выбрался из автомобиля, помог мне выйти и потянул за собой, шипя сквозь зубы:

— Какого бэна ты поперлась к ним?!

— А куда мне надо было идти?!

— Никуда! — Заорал он, судя по всему не выдержав накала нашей ссоры.

— Отпусти!