Про главные каналы и говорить нечего. Их я пролистывала в страхе – не попались бы на глаза такие «бэтмены», как Михаил Задорнов или Владимир Соловьев, люди, чей ум начал занятное плавание за пределы возможного. Соловьев, автор книги «Евангелие от Соловьева» (санитары!! где вы, санитары??), в одном интервью недавно сказал: «Все мои дети гениальные». Ведь такого порядочные люди не говорят даже в шутку! Но все здоровые нормы человеческого поведения, подразумевающие обуздывание хвастливого самодовольного «я», на ТВ отменены каким-то специальным декретом. Здесь наоборот – чем бесстыднее, развязнее, самовлюбленнее, тем лучше. Тщеславие и алчность – мерзкие пороки – на ТВ поощряются специальными шоу для окончательного растления масс.

И вот еще эти голоса трубные, жуткие, пафосные… Ну, которые вещают «Смотри, Россия!» или «Только премьеры, только на Первом». Это ж они с девяностых годов нас кошмарят, когда же это закончится? Когда вместо пафосного воя нам скажут нормальным человечьим голосом нормальный анонс? Наверное, тогда, когда Россия вместо того, чтоб смотреть идиотские репортажи с телевизионной планеты вздора, займется собственным обустройством. Когда массы наши вернутся из путешествия в Галактику чепухи – на бедную милую Землю.

В море эфира приходится быть эдаким рыбаком, терпеливо подстерегающим нужную рыбку (фильм, передачу) часами. По-моему, это целая профессия, за нее следует давать зарплату. Немотивированный энтузиазм ушел в прошлое вместе с социализмом!

Попрыгала я по «вселенной чепухи», попрыгала – и, конечно, нашла «Покровские ворота» Козакова.

Вздохнула – и стала смотреть.

2008

Кто подставил русского медведя?

В столице Финляндии, городе Хельсинки, в историческом центре – на площади перед кафедральным собором, до конца октября продлится уникальная акция: хоровод игрушечных медведей из всех стран мира. Это называется «Праздник толерантности».

Медведи были обнаружены мной в одно сентябрьское воскресенье. Картина такая: по периметру площади, в четыре дуги, расставлены раскрашенные фигурки. Их больше ста пятидесяти, почти столько же, сколько стран в мире. Причем сама основа, болванка, одинаковая – игрушечный медведь, выше среднего человеческого роста, стоит с поднятыми лапами, брюшком к зрителю. А вот раскраска медведей оригинальная, каждый медведь, представляющий ту или иную страну, оформлен художником из этой страны. Получается такой веселый парад фантазии и юмора, фестиваль национального своеобразия. В центре же площади – два «глобальных» медведя, выкрашенных золотой краской. На брюшке у них мировые религиозные символы, а рядом плакат: берегите жизнь!

Очень мило. Туристы хохочут, фотографируются, разглядывают медведей, ведь тут своего рода соревнование талантов – кто на что горазд?

Американский медведь сделан как пародия на статую Свободы, он зеленый и с факелом. Ирландский – как сказочный гном Лепрекон. У израильского чувствуется некое эротическое томление – по всей фигурке разбросаны крупные красные сердечки, иногда на неожиданных местах. Египетский, конечно, стилизован под сфинкса. Японский лаконичен: чисто белый, только наискосок бежит легкая цепь иероглифов. Испанский весь пестренький, австрийский – сплошь в музыкальных инструментах…

А русский?

Рассказываю. Русский медведь – это такая порочно-свирепая медведица, с накрашенными губами, с маникюром и в зеленом сарафане, расписанном крупными аляповатыми цветами. Выглядит этот медведь как тупая домработница, решившая подработать на панели. Не смешно, не колоритно, вообще – никак. Русский медведь на хельсинском «Празднике толерантности» сильно проигрывает многим забавным игрушкам из других стран. Есть, конечно, медведи и похуже нашего. Но большинство – лучше. И это обидно. Медведь – это же наше все!

Автор русского медведя указан на пояснительной табличке как Rais Khalilov – Раис Халилов. Кто это? Может, и выдающийся художник, кто его знает. Но можно сказать твердо: роспись русского медведя – его глубокая творческая неудача. И неужели те, кто отвечал за проект, этого не заметили?

А кто вообще за это отвечал, интересно? Все-таки выставка национальных символов, пусть игрушечных, в большой европейской столице – это не мелочь. На медведей будут любоваться туристы из многих стран в течение двух месяцев. Сравнение неизбежно, и оно явно не в нашу пользу. Сама видела – возле других мишек стоят, разглядывают, смеются, фотографируют – мимо нашего проходят равнодушно. А ведь это тоже ущерб «имиджу России» в мире!

Сдается мне, что подобные заказы из Европы и прочих приятных континентов попадают в недра министерств и распределяются недолжным образом. В полной тишине. И среди неведомых лиц. Если бы такая история, как проект русского медведя для Хельсинки, стала бы достоянием гласности – можно было бы объявить открытый конкурс на лучший вариант, рассмотреть, обсудить. И не было бы тогда этой уныло-порочной «домработницы».