Читаем Зеркало полностью

- Гордон никогда не умел распоряжаться деньгами, - объяснил я. - Среди прочего, он задолжал довольно крупную сумму Налоговому управлению. Десять тысяч долларов показались ему довольно привлекательными. Но дело было не только в деньгах. Фейс убедила его, что будет плохой услугой памяти Шантель спрятать последнюю и величайшую картину с ее изображением. И все же Гордон отказался. Он не мог смириться с мыслью о том, что ему придется надолго расстаться с картиной. Фейс решила эту проблему, дав ему ключ от своей галереи. С ключом он сможет войти в галерею в любое время дня и ночи... всякий раз, когда у него возникнет желание взглянуть на картину. Поэтому он согласился позволить ей выставить ее.

- Не очень умный поступок, как я понимаю.

- Ну, он доверял ей.

- Поверил Вере[1], а? - забавляясь собственным остроумием, Сильвия приподняла брови и уголок рта.

- Ага, - сказал я.

Появилась официантка.

- Вы готовы сделать заказ? - спросила она.

Мы изучили наши меню до появления Гордона Ларю, и Сильвия выглядела готовой.

- Думаю, что отведала бы...

- Давай немного подождем, - сказал я ей. Официантке я сказал: - Сначала я бы хотел еще выпить.

- Текилу с добавлением "Трипл Сек"? - спросила она. - Со льдом?

- Вот именно.

- Сейчас принесу.

- Спасибо.

Сильвия смотрела, как она уходит, явно наслаждаясь видом.

- Дело вот в чем, - сказал я.

Она посмотрела на меня, приподняв брови.

- Я вся внимание, Ролли.

Я слегка наклонился в сторону, чтобы лучше видеть угловой столик.

- Он все еще там, - сказал я.

Сильвия оглянулась через голое плечо.

Какое-то мгновение мы оба наблюдали за мужчиной. На столе стоял напиток, похожий на мартини. Он читал книгу в твердом переплете без суперобложки.

Хватит о нем. Я перевел взгляд на Сильвию и изучил обнаженные склоны под ключицами, глубокое затененное декольте, то, как платье облегало ее груди в шелковых мешочках, открывая каждый изгиб и выпуклость.

Я удивился, почему она надела такое откровенное платье.

Чтобы возбудить и смутить меня, подавить мою стойкость и умерить сопротивление?

Когда она повернулась ко мне, я взял свой бокал.

- Мне почти жаль его, - сказал я. - За исключением того, что он сделал.

- И что же он сделал? - спросила Сильвия.

- Ну, он позволил Фейс выставить "Зеркало" в ее галерее.

- Мы вроде это уже установили.

- Предполагаю, что это было большой ошибкой, - сказал я.

- В любом случае, он ужасно скучал по своей картине, но старался держаться от нее подальше. Видишь ли, он знал, что одержим ею. Это был шанс освободиться от навязчивой идеи. Но он не находил себе места вдали от "Зеркала". Это почти сводило его с ума. Просто убрать картину с глаз долой было источником мучений, но у него также рос страх, что с ней может что-то случиться. Что, если кто-нибудь украдет ее? Что, если галерея сгорит дотла? И все в таком духе.

- Вот, держите, - сказала официантка.

Она поставила передо мной напиток, подложив свежую салфетку для коктейля, затем взяла пустой бокал.

- Спасибо, - сказал я.

- Не хотите ли сделать заказ прямо сейчас?

Прежде чем Сильвия смогла ответить, я сказал:

- Нам нужно еще несколько минут, пожалуйста.

Сильвия выглядела обманутой. Но она улыбнулась и кивнула.

- Еще несколько минут, дорогая, - сказала она.

Официантка ушла.

И снова Сильвия посмотрела ей вслед.

Я сделал глоток из бокала. Коктейль был холодным и приятным. Я сказал:

- Прошло четыре дня и четыре ночи.

- Ага, - Сильвия казалась растерянной.

- Для Гордона. Без "Зеркала".

- Ах, да. И он больше не мог оставаться вдали от него.

- Верно, - сказал я. - Наконец, примерно в час ночи на пятый день работы выставки, он больше не мог выносить ее утрату, поэтому оделся, поехал в галерею и воспользовался ключом Фейс, чтобы войти.

- Дай угадаю. Картины там не было. Она продала ее.

- Нет, нет, Сильвия, боюсь, что нет. В жизни все не так, как в банальном сценарии.

Она усмехнулась.

- Что ж, вполне возможно...

- Несмотря на то, что Гордон имел полное право войти в галерею, была середина ночи. Поэтому он старался сделать это незаметно. Войдя, он не включил свет.

- А как же система сигнализации?

- Фейс дала ему код. Наверное, мне следовало упомянуть об этом.

- Все в порядке. У меня нюх на мелкие детали.

- Это и делает тебя таким замечательным режиссером, - сказал я.

Она слегка склонила голову в знак признательности за комплимент.

- В общем, - продолжил я, - Гордон взял с собой фонарик. Он включил его и крался по галерее в поисках своей картины. Вскоре он нашел ее. Он стоял перед ней, светил на нее, чувствуя себя человеком, который что-то потерял... и вот теперь нашел. Он смотрел на Шантель, преклоняясь перед ней, плача от красоты своей утраченной любви, и от явной гениальности своего творения. А потом он закричал.

- Закричал?

- Закричал.

- Почему?

- Помнишь, я упоминал о пауке, который был виден под ее ночной рубашкой?

Она кивнула.

- Конечно.

- Его не было.

- Не было?

- Не было.

Сильвия вдруг встревожилась.

- Боже, мой, - пробормотала она. - Он просто исчез?