Читаем Зеркало полностью

Уже в здании аэропорта она надиктовала черновую версию будущей статьи на диктофон. Работа была почти завершена, когда объявили посадку. На борту Фрейя отключила диктофон, поскольку считала, что не следует мешать соседям.

Экипаж озвучил инструкции по безопасности, и лайнер пошел на взлет. Фрейе, сидевшей у окна, было отлично видно, как огни взлетно-посадочной полосы мелькают за бортом все быстрее и быстрее.

Она всегда любила летать. А особенно ей нравился момент, когда самолет внезапно отрывается от земли — ускорение вдавливает тело в кресло, и в течение нескольких секунд дома, деревья, машины уменьшаются до размера игрушечных. Большинство людей воспринимает полеты как нечто привычное, даже банальное. Им уже не кажется чудом, что металлический колосс, в продолговатом корпусе которого находятся и они сами, и их багаж, парит в воздухе, подобно птице.

Лайнер оторвался от земли, и Фрейя увидела за зданиями аэропорта северную часть Гамбурга. Вдруг раздался грохот, затем громкий вой — самолет будто застонал от непомерного напряжения. Люди в панике закричали. Машина резко завалилась влево. Фрейя увидела под собой аэропорт — и он был слишком близко.

— Что за хрень происходит? — заорал толстый британец, сидевший по соседству с Фрейей.

Гул голосов в салоне становился все громче. Из кабины пилотов не поступало никаких сообщений. Видимо, у них были более неотложные дела. Фрейя посмотрела на одну из стюардесс, пристегнувшуюся к сиденью рядом с дверцей кабины. Ее лицо было землисто-серого цвета.

Лайнер, выправляясь, описал полукруг — теперь Фрейя могла ясно разглядеть в небе шлейф дыма, — затем пошел к земле. Вновь раздались испуганные крики пассажиров. Хотя Фрейя обычно оставалась спокойной в кризисных ситуациях, сейчас она ощущала биение своего сердца где-то в районе горла. Ее пальцы впились в подлокотники.

Наконец послышалось объявление:

— Дамы и господа, из-за технической неисправности наша машина, к сожалению, вынуждена совершить аварийную посадку в Фульсбюттеле. Не волнуйтесь, мы отрабатывали подобный маневр и благополучно посадим самолет.

Потом то же самое объявление прозвучало на английском языке.

Голоса вокруг становились всё более тревожными. Фрейя несколько раз услышала слово "теракт". Некоторые пассажиры достали мобильные телефоны — возможно, для того чтобы попрощаться с близкими. Толстяк рядом с ней продолжал комментировать происходящее длинными тирадами английских ругательств. Вскоре после этого лайнер сел — жестко, но вполне благополучно. Он слегка вздрогнул, когда началось торможение, но пилоты не подвели. Когда пассажиры поняли, что весь ужас позади, раздались громкие аплодисменты.

Прозвучало объявление о том, что опасность миновала, но все должны по-прежнему находиться на своих местах и не расстегивать ремни до полной остановки движения. Как только самолет наконец остановился, его немедленно окружили машины из пожарной команды аэропорта. Скорая помощь тоже была наготове, но пострадавших не оказалось. Пассажиры покинули салон по аварийным трапам и были доставлены на автобусах к терминалу, в специальные помещения, где о них могли позаботиться медработники и даже пастор.

Фрейя подошла к одной из бортпроводниц, которая выглядела столь же потрясенной, как и пассажиры.

— Меня зовут Фрейя Хармсен, — сказала она. — Я журналист. Можете ли вы сказать мне, что произошло?

— Один из двигателей вышел из строя, — ответила женщина по-немецки с британским акцентом. — К сожалению, больше я ничего не могу сообщить.

— Я слышала громкий хлопок.

— Да, я тоже. Но, пожалуйста, поймите: прежде чем мы сможем предоставить какую-либо информацию о причине инцидента, специалисты должны осмотреть машину. Я прошу вас связаться с нашей пресс-службой.

Сотрудник авиакомпании тоже был весьма немногословен. Он просто раздал бланки, которые требовалось заполнить для получения компенсации. Авиакомпания предлагала пассажирам либо отправиться через два часа следующим рейсом, либо бесплатно переночевать в Гамбурге в комфортабельном отеле и вылететь позднее. Большинству, как и Фрейе, больше понравился второй вариант.

Уже по дороге в гостиницу она задумалась: а так ли уж случаен этот инцидент? Не является ли его причиной то, что именно она оказалась в злосчастном самолете?

26