Читаем Земли Теней полностью

— Любая цитадель Наблюдателя — узелок великого плетения. Выдерни один — и появится небольшая дырка, несколько — и образуется прореха, половину — и полотно расползется по швам. Да, есть небесные острова и есть небесные корабли, есть скрытые Домены и звездные цитадели, но основная задача каждой цитадели — хранить и распространять повсюду техниты, глаза, уши и руки Наблюдателя. Ты понимаешь меня, Восходящий? На вашем бедном языке нет подходящих названий для того, что ты видишь здесь… это механизмы, меняющие погоду и купола психического излучения… это охранные столпы, извергающие пламенные сферы, и башни, способные найти и уничтожить отродий Червей в земле и воздухе…

Значит, все-таки опорная база, если использовать земные термины. С невероятными, но вполне понятными функциями: наблюдение и контроль. Возможно, контролирует определенный сектор Единства — в том числе воздушное пространство. Наверное, именно отсюда пришел ментальный импульс, начавший ваал в нашем фригольде. Скорее всего, подобная штука и сбила мою капсулу… В голову лезли странные мысли. Если Наблюдатель столь велик, зачем ему Восходящие и эти дурацкие задания? Армия боевых машин, которыми он располагал, вполне справилась бы с зачисткой Гнезд и личинок куда быстрее и эффективнее команд Восходящих.

— О, ты ошибаешься, ювейн, — устало сказал голос. — Наблюдатель владеет великой силой, но отнюдь не бесконечной, он уже многое потерял, и ему трудно восполнить утерянное. Единство невообразимо огромно, в иных его уголках и сейчас кипят битвы, которые тебе и не снились. Восхождение — древний путь, и он помогает младшим, создавая поле для их испытаний и роста, а они помогают ему лечить раны нашего мира. В этом заключается гармония, другого пути, чтобы взойти на лестницу Восхождения, нет. Раньше было иначе, но теперь… Наш мир искажен и предан, даже Единые пали, но я еще вижу огонь надежды, и мы с тобой, Восходящий, двигаемся к нему…

Морщась от его привычного пафоса, я шел за проводником и вскоре оказался у подножия центрального пирамидиона. Титаническая конструкция парила в воздухе, издавая негромкий гул; золотистый шар начал подниматься вертикально вверх, а затем то же самое произошло со мной — невидимая мягкая сила, подобно огромной ладони, возносила куда-то высоко. На мгновение захватило дух от открывшегося вида, затем в серебряной стене бесшумно раскрылось гексагональное окно, и меня втянуло туда.

Странные гулкие коридоры, выложенные шестиугольными плитами, очень походили на переходы внутри космического корабля: если бы пирамидион внезапно встал на ребро, можно было бы спокойно перемещаться по другой грани тоннеля. Дрон, излучая яркое золотистое сияние, летел впереди, и мне показалось, что коридор просто формируется перед нами, как будто полость сооружения представляла собой гигантский конструктор. Уровень технологий, используемых здесь, на порядок превосходил земные: я ощущал себя неандертальцем, впервые оказавшимся в мегаполисе.

Путь закончился в центре пирамидиона. Тоннель привел в большой кольцеобразный зал, осью которого был бурлящий поток света. Огромный, не меньше полусотни метров в диаметре, и слепяще-яркий, он появлялся из круглой шахты и исчезал в такой же на потолке, окруженный, подобно патронам в барабане древнего револьвера, гексагональными колоннами разной высоты. Несомненно, это был тот самый свет, что исходил из вершины, и передо мной явно находился некий таинственный механизм. Судя по карте, точка выполнения задания была совсем рядом.