Читаем Зеленый омут полностью

В мире мысли все изменяется намного быстрее, чем в видимом и проявленном мире. Но источник того, что происходит вверху и внизу, всегда один и тот же…

Сергей проснулся от шума на кухне. Опять Алена гремит посудой, назло ему, чтобы разбудить, помешать его отдыху!

Только во сне он может чувствовать себя относительно спокойно, разговаривать с кем-то невидимым и мудрым, как змей. Иногда ему казалось, что голос таинственного собеседника – женский. Или это сама Царица Змей беседует с ним? Ее речи такие певучие и странные, воскрешающие в душе что-то томительно-горькое, давно забытое, к которому напрасно стремится безумное сердце…Сладкая боль, истома и бред смешались в его снах с образом женщин, молодой и старой. Одна из них напоминала Марфу в минуты, когда она собиралась передать Сергею свою колдовскую силу, или в его бессознательных видениях, залитых потоками золотого дождя, в которых она покидала свое мертвое тело, без сожаления, без печали…

Горский хотел смотреть свои сны, один за другим, продолжающимися до бесконечности. Там он надеялся найти разгадку своих страстей и разочарований, круто замешанных на страхе и отчаянных попытках прорваться к свету.

Шум на кухне вызвал мимолетную досаду, тут же сменившуюся дремотным оцепенением, плавно переходящим в туманный флорентийский сон. Сергей отключился от действительности, которая происходила в его квартире, на залитой осенним дождем улице, в городе, где он проводил свое детство… Потом, когда он окончательно проснется, он почти ничего не сможет вспомнить, и единственным его спасением станет визит соседки. Той самой «сплетницы», всюду сующей свой нос, которую он ненавидел и которой станет обязан жизнью и честью.

Колесо Судьбы вращается в вечности, и повороты его неожиданны, как неожиданны повороты бытия человеческого…

На Флоренцию опустилась теплая и душистая ночь, полная таинственных звуков, гаснущих огней и лунного света. Манфреду пришлось закутаться в плащ и выбирать самые темные места, чтобы оставаться незаметным для случайных прохожих. Никто не должен был знать, куда он идет. Темный и мрачный палаццо Альбицци встретил его сонной тишиной. Слепые окна его были темны, кроме одного – того, за которым ждала Антония. Нетерпеливое желание увидеть ее, прижать к своему сердцу, заставило Манфреда забыть об осторожности.

– Тебе удалось? – спросил он между поцелуями.

Они с Антонией решили, что ключи от загадочной комнаты должны храниться лично у сеньора Маттео. Он бы никому не доверил их. Старик доверял часть ключей домоправительнице, но была еще одна связка, которую он не снимал с золотой цепи на руке. Как она открывается, никто не знал, кроме самого сеньора. На случай внезапной смерти он оставил специальное распоряжение, чтобы его похоронили вместе с ключами. Такие причуды Луиджи списывал на старческое слабоумие.

Антония обещала попытаться снять цепь, так как за время болезни ее супруг сильно исхудал, и браслет стало возможно снять, не расстегивая замка. Для этого только следовало дождаться, чтобы он уснул как следует. Манфред увеличил больному дозу снотворного, позаботившись о безопасности молодой женщины. Старик не смог бы проснуться в эту ночь, даже если бы у его уха раздался гром. Врач хвалил сам себя, – он не терял времени даром и научился у Луиджи многим полезным вещам.