Читаем Зелье полностью

— Между прочим, в своих почти царских палатах я установил кое-какие штучки, от которых ты просто обвалишься! Готов душу прозакладывать, что ничего подобного тебе видеть еще не приходилось. Эти штучки — совершенно уникальны!

— Охотно верю. Слишком нетрудно представить, к чему эти твои «штучки» предназначаются… Итак, назад повернуть ты не желаешь, я правильно поняла тебя?

— Да, твоя правда, киска, — осклабился Расс, — я не поверну назад, потому что бросать начатое дело на полпути не входит в мои привычки!

Он включил автопилот и потянулся к девушке. В его движениях страсти не было пока что ни на волос: так, исключительно в порядке ознакомления с телом — щипки, тычки да пальпация. Виртуозно зачерпнутая пригоршнею грудь приятно поразила донжуана: на славу сформована, что и говорить! Однако Расс ожидал от своей спутницы хотя бы слабенького протеста, и полное отсутствие такового несколько даже расстроило его. Киттен сидела смирно и ласки принимала с каким-то устрашающе невозмутимым видом.

— Отлично, — сказала она вдруг. — Я думаю, нам пора спускаться. Давай сядем… м-м-м… ну вот, хотя бы на этом островке. По левому борту, сюда смотри! Хочешь? Ах, какая там дивная растительность!

— Сойдет, — согласился Расс, хотя по собственному опыту знал, что далеко не самое приятное занятие барахтаться нагишом в зарослях какого-нибудь осота или бодяка, отбрыкиваясь от всяческих зловредных букашек, страшно завидующих простому человеческому счастью и потому неизбежно кусачих. Ну да уж ладно. Если ей так хочется начать именно здесь — пускай…

— Твое желание — закон для меня, — сказал Кингсли, круто повернул руль и одновременно пошел на снижение.

— Ты прямо на глазах меняешься, Расс, — едко заметила Кай-Сунг, но юноша сделал вид, что не раскусил язвительности ее слов. Ничего, скоро будет целая пропасть времени, чтобы посчитаться с этой зазнайкой.

Аэромобиль завис над небольшой рощицей и затем стал плавно опускаться. Расс включил тормозные двигатели, и «Марк» мягко шлепнулся на песок.

— Вылезай, приехали, — сказал Кингсли и подождал, пока девушка выберется из салона; да, милостивые государи, вид ее туго обтянутых материей ягодиц просто прекрасен!

Четверть минуты спустя Кингсли уже доставал из багажного отсека «Марка» какой-то огромный сверток.

— Думаю, крошка, вот этот надувной домишко покажется тебе вполне экзотичным, потому что там имеется…

— Не трать попусту сил, — оборвала Рассела Кай-Сунг.

— В чем дело? — удивился тот, пялясь на дерзко улыбавшуюся девчонку.

— Надеюсь, ты правильно поймешь меня. Конечно, твоя внешность бесподобна, но, видишь ли, как ни старались хирурги, некоторые следы операции все же сохранились у тебя на лице. Признаться, эти шовчики отнюдь не пробуждают во мне желания. Кроме того, первичный психологический анализ твоего поведения указывает на вопиющее несоответствие интеллектуального развития — превосходным физическим данным.

— Как ты сказала?

— Как слышал. Короче, я от тебя не завожусь, парень. — Тут Киттен сделала шаг в сторону аэромобиля, явно намереваясь занять водительское сиденье. — Понимаешь, Расс, — сказала она, — мне давно уже пора находиться в своем гостиничном номере.

— Обожди, милашка. Знаешь ли ты, что это такое?

Все попытки быть галантным кавалером немедленно свелись к нулю. На ладони Рассела лежал какой-то небольшой и, по-видимому, очень опасный предмет. Киттен усмехнулась.

— Это вибронож «Секан», — пояснил Кингсли. — На батарейках работает, между прочим! Он может резать все что угодно, включая камни и металлы. Только керамика и пара-тройка особых сплавов не подвластны ему. Ты соображаешь, к чему я клоню, а?

Кай-Сунг, уперев руки в боки, весело смотрела прямо в глаза оплошавшему ловеласу.

— Ну и смешная же ты, — несколько сконфуженно фыркнул Кингсли. — Ладно, скоро по другому запоешь! Думаю, физиономия у тебя не из керамики, так что я смогу достаточно изящно исполосовать ее своим ножичком. Мне, право же, хотелось обойтись без насилия, но ты до того трудно поддаешься убеждению…

— О'кей, о'кей, дорогой, я всего лишь пошутила. Тебе удалось убедить меня.

Киттен подошла к Рассу и обняла за шею обеими руками. Ее губы, несколько задрожав, приблизились к его губам.

Кингсли удивился, придя в сознание после секундного обморока. Почему он лежит на спине? И неужели эта голубая бездна над ним — небо? Да, небо, с пухлыми белыми облачками.

В затылке ощущалась какая-то странная ноющая боль. Расс сел на песке и с силой потер шею. «Фаэтон» висел над его головой всего в нескольких, не больше десяти, ярдах.

— Прошу прощения, мистер Кингсли, — прокричала Киттен, высовываясь из кабины. — На брелке к ключу зажигания выгравировано несколько телефонных номеров. Не беспокойтесь, я пришлю кого-нибудь за вами еще до наступления сумерек.

— Черт тебя побери! — прокричал Расс и попытался встать, но тут же острая боль высверлила ему затылок, и он вновь рухнул на песок. — Мерзавка, — застонал бедный ловелас, — что ты со мной сделала?