Читаем Зелье полностью

— Прекрасно, — сказал Кингсли, — но где гарантия того, что ты, Пеот, говоришь правду как о своей готовности помочь нам, так и о бытии Вома? Может, ты сам чего-нибудь против нас замышляешь.

Пеот внезапно выпростал щупальца и схватил одного из техников.

— Я тоже не уверен в ваших добрых намерениях. Но не посылайте за охранниками, Чэтем Кингсли. Мне просто хотелось показать, что убить вас всех не составит для меня большого труда. Война — это образ жизни той расы, в недрах которой я возник. Я знал дислокацию и боевые возможности всех находящихся в этом помещении людей еще до той минуты, когда открыл глаза. Настоящая акция — демонстрация моей доброй воли!

— Отчасти ты убедил меня, — сказал Кингсли и, конечно же, солгал. — А теперь отпусти техника. Он, похоже, потерял сознание от страха.

— Я не хотел причинить ему вред! — встревожился Пеот.

— Ничего, случай явно не смертельный. Просто положи его аккуратней на пол. Вот так, отлично!

В некотором замешательстве Пеот попятился и принялся изучать внутренность своей капсулы.

— Ну, ничем больше разве не потешишь? — неловко пошутил Кингсли.

— Не стану выкладывать всего сразу. Но… я приложу все усилия к тому, чтобы справиться со своей работой как можно быстрее. Предстоит сделать очень и очень многое. Я смотрю на сложившуюся ситуацию глазами профессионала. Нельзя допустить, чтобы Вом вновь атаковал Галактику.

Отважная Киттен первая решила приблизиться к Пеоту и, приблизившись, потрогала его толстую шкуру.

— Ты говорил о войне как об излюбленном занятии твоих соплеменников, но сам тем не менее выглядишь довольно дружелюбным созданием.

— Просто сейчас уже прошла та эпоха, когда наша раса господствовала в Галактике. В противном случае вы немедленно были бы порабощены! Война являлась не только развлечением, она являлась самой жизнью для нас. Мы обратили бы вас в рабов так же просто и естественно, как вы ходите на воскресные прогулки в парк.

— Но это же отвратительно!

— Время такое было!

— Но теперь-то ты нам соглашаешься помочь, ведь правда? Неужели ты попросту слепо следуешь своему предназначению — охранять жизнь от посягательств на нее всяких монстров? А почему ты с такой нежностью положил на пол техника?

— В моем характере много мягкости и сострадания к униженным и оскорбленным, — последовал кроткий ответ. — Смерти я предпочитаю жизнь, разрушению — созидание… Маленькая человеческая самка, я проболтался в космосе несколько тысячелетий. Я был оторван от своих соплеменников. Я был другом и соратником Механизма… Эту участь я выбрал по собственной воле. Для выполнения такой работы пригодны только добровольцы!

— Ах ты клыкастый кролик! — презрительно фыркнул Кингсли.

— Если ты все еще нуждаешься в доказательствах моей правоты, то очень скоро получишь их. Скорее, чем думаешь!

— Ну, хорошо, хорошо, — забормотал несколько смущенно Чэтем, — я позабочусь о том, чтобы тебе предоставили все необходимое. Сообщи мне все…

— Нет.

— Нет?

— Нет. Я отказываюсь сотрудничать с тобой, Кингсли. Я буду общаться с вами через другого человека, — тут Пеот повернулся к Филиппу, — вот через него.

— Ну и дела! — присвистнул парень, отчасти удивленный таким поворотом событий.

— Послушай-ка, Пеот, — начал было Чэтем, но Мэл немедленно положил ему на плечо свою увесистую руку.

— Лучше не противоречить ему, старина, — сказал капитан.

— Ты прав, ты прав. Просто мне делается не по себе, когда я вижу, как теряю контроль над ситуацией!

— Ты потерял контроль надо всем еще тогда, — сказал Пеот, — когда были зачаты твои предки.

Помесь медведя и краба соединила провода, не замыкавшиеся около полумиллиона тысячелетий.

***

Вом вздрогнул. Мысленно. Никто ничего не заметил. Итак, Стража кто-то сумел пробудить от спячки. Страж намеревается отомстить ему, Вому.

Пятно еще не было готово к решительным действиям. Впрочем, можно попытаться немедленно напасть на Стража и вывести его из строя. Но можно и обождать немного до тех пор, пока процесс регенерации не достигнет необходимой отметки. Да, лучше обождать…

Солнце стояло в зените. Половина первого. Все бойцы отдыхали. Отдыхали и все служащие.

Не имели права расслабляться только те рептилии, что находились на боевом дежурстве. Однако трое ааннианских техников решили предаться игре в двадцать одно. И это — при исполнении! Один из техников, Кропих ЛХНМГТ, вырвался вперед, сильно обставив своих товарищей. Никто не заметил, как стрелка прибора, измерявшего интеллектуальные выхлопы взятого в плен существа, скокнула сразу на сто делений вправо по шкале. Такой резкий скачок привел к тому, что прибор отключился, стрелка, представлявшая собой тонкую жестяную полоску, выгнулась и поникла.

Не заметили техники и около десятка обуглившихся в одночасье контактов. Струйка зеленоватой жидкости вытекла из камеры из-за повредившегося клапана, но мгновенно испарилась. Никто не отрывался от игры до тех пор, пока песчаный пол не пошел иссиня-бурыми пятнами…

***

— Прекрасная мысль, не так ли, Малькольм? — пробормотала Киттен.

— Говорил же, зовите меня просто Мэл! — процедил Мэл.