Читаем Зелье полностью

Ситуация сложилась беспрецендентная. Как без стимула разбудить Хранителя. Нужно присутствие побочного разума, близкого однако по интеллекту к самому Хранителю. Такой интеллект существовал на той планете, куда доставили Вома. Механизм не сумел проанализировать необычный разум незнакомца.

Механизм размышлял. Он столкнулся с величиной столь же устойчивой, сколь и непредсказуемой. Надо будить Хранителя. А вдруг пробуждение покажется Хранителю подозрительным и неестественным? Хранитель не должен уверовать в то, что им грязно манипулируют, иначе он обидится. Последствия такой обиды окажутся катастрофическими.

А! Эврика! Надо суммировать интеллекты! Малого разума пруд пруди на Реплере, где сейчас засел Вом. Сложить малые умы в один большой и точка! Примечание: не возбудить подозрение в носителях малого разума! В целом план казался вполне осуществимым.

***

— Эй, Эд, иди-ка сюда, слышишь?

Мвали закряхтел и заворочался в гамаке. Следующий транспорт должен прибыть на погрузку не ранее, чем через триста лет. А что, как через три часа? Они только что разгрузили один такой. Так почему же Майке Рейнке зовет его? Он не имеет права так бесцеремонно нарушать сон про голых теток. Эдвард сел в гамаке.

— Дружище Рейнке, разве я когда-нибудь вырываю тебя из объятий Морфея? Что тебе нужно?

Корабль сильно тряхнуло. Мвали почувствовал, что судно двинулось вперед. «Гм, не сошел ли Рейнке с ума? Ведь для того, чтобы паром тряхнуло, нужно врубить движки и израсходовать много дорогостоящего топлива».

— Ты что делаешь, идиот?

— Оторви от сетки свою пиитическую задницу и посмотри на экран монитора.

Мвали послушался и поглядел на экран.

— О-го-го! Мунгуенма кощсмоскирс джаекун-дужьба! Что же это такое?

— А, никогда ничего подобного не видал, да? А еще злится, что его разбудили! — пальцы Рейнке бегали по тумблерам. — Смахивает на чучело Желтого гиганта, которого показывают на празднике Мартовского Зайца?

— Мартовского Зайца? — изумился Мвали.

— Пошутил.

— Что будем делать, дружище? Как мы оказались внутри этой штуки? В наш грузовой отсек даже половина этой туши не войдет.

— Посмотри пониже, там, где пересекаются три хребта.

Мвали еще раз поглядел на монитор. Странный предмет занимал теперь большую часть экрана. Действительно, внизу находился аппарат, выглядевший довольно осмысленно. Он войдет в трюм парома.

Несколько минут пилоты сидели молча, наблюдая за удалявшимся предметом.

Крупный план ничего не дал. Знакомства с невероятным объектом не получалось.

— Нам предстоит нелегкая работенка. Прибывает большой транспорт. Неужели нужно тратить топливо на то, чтобы кружиться около этой штуковины?

Рейнке уже маневрировал.

— Когда босс увидит, что мы ему привезли, то даст нам другой корабль!

— Меня на этом не проведешь. Мне нужна простая яхта на КК-тяге и с пластиковой головкой.

— Струсил, да?

— Ладно, давай посмотрим на эту хреновину еще разок.

— Чего смотреть! Одевай скафандр и марш наружу. Надо пришвартовать эту корягу к нашему борту. Так мы ее дотянем и до пункта назначения. А я успею зарегистрировать находку, пока конкуренты не наставили палок в колеса.

«А вдруг предмет уже зарегистрирован?» — с тревогой подумал Рейнке.

Повернувшись к приемнику, пилот пробежал по всему диапазону частот, выделенных для спасательных целей. Компьютер успокоил Рейнке. Ничего такого в космосе еще не видывали.

Пришлось попотеть, гоняясь за объектом. Золотистого цвета, причудливый по форме, похожий на урода, выползшего из трубки хмельного стеклодува. Мвали стал одевать скафандр.

Объектов было два: большой и маленький. Маленький находился прямо в фокусе силовых линий большого. То здесь то там виднелись голубые пятна. Все сооружение казалось сделанным из керамики и стекла.

У малого сфероида на корпусе имелось несколько пилообразных выступов. Но главный сфероид был просто усеян всякой всячиной.

Тут Рейнке заприметил что-то знакомое: это Мвали вышел в космос. За Мвали тянулись кишки пульсаров и трубопроводов. Пилот включал то и дело свой ранец, и реактивная струя текла далеко-далеко, искрясь в лучах солнца.

Мвали приблизился к объекту и попытался прикрепить к нему кабели и трубки.

Прошло несколько секунд, и вдруг Рейнке заметил, что от главного сфероида отделился блок в три человеческих роста. За блоком тянулся вакуумный кабель. Рейнке насторожился и нажал на кнопку радиотелефона.

— Эд, в чем дело? Не распадается ли штуковина на части?

— Ничего не понимаю. Одна из плоскостей блока начала сокращаться. Я решил подождать. Потом прицепил первый трубопровод. Как только я включил его, от массы отделился кусок, как штепсель от розетки.

— Из чего сделан сфероид?

— Не знаю. Поверхность в иных местах гофрированная, покрыта какой-то смазкой. Чуть повыше нечто вроде окна… секция просвечивается насквозь, и у нее… какой-то красноватый оттенок. Загляну во внутренности. О…

— Что там?

— Да ничего. Не беспокойся.

— Я и не думал беспокоиться. Что там? Говори, подлец.

— Ты скоро сам все увидишь. Да ничего не ешь, братишка, до того момента!..

***