Читаем Зелье полностью

— Да хватит тебе, — прервал старпома Хаммураби и поморщился. Майджиб был прав. Выпивал капитан редко, да метко, и подобные раритетные попойки надолго увязали в исслякощенной памяти скрипучими, несмазанными кошмарами. Мэл никак не мог взять в толк, почему его подвиги во хмелю с такой быстротой входили в пословицу и делались объектом пристального внимания даже самых маститых фольклористов. Что же касается непосредственно экипажа «Умбры», то тут непотребнейшего свойства баснословие и вовсе расцвело пышным цветом. Отважные астролетчики нередко коротали долгие вечера на орбите тем, что рассказывали друг другу байки о похождениях достославного капитана Хаммураби. Вот только несколько названий этих баек: «Малькольм Прекраснолодыжный накачивается элем и оскопляет зарвавшихся дралларских парламентариев», «Хайвхомские князьки Магнус и Нифус сражаются на шпагах за право приложиться к чудотворной фляжке св. Малькольма», «Взятие погребка и казнь тамешварских ополченцев, противу пития имевших дерзость высказываться», «Златокудрая Люпа, или Любовь с полтыка». Были заголовки попроще, вроде «Бунта в обезьяннике» и «Свинтили, сволочи!». Подобные истории пользовались столь широкой популярностью во всей Галактике, что едва Мэл появлялся на пороге какого-нибудь даже самого затрапезного кабачка, хозяин заведения тотчас бежал звонить в полицию. Ну а прелестная доктор Джапуровак, от щупиков до брюшка напитанная всяческими романтическими бреднями, любовно относилась к деяниям капитана и вешала на них этикетку подлинного героизма. Сам Мэл вспоминал обо всем этом со стыдом.

— Вы сказали мне тогда, — почесал за ухом Такахару, — что если Бенилия не будет оповещена до полуночи о том, куда вы запропастились, значит нужно отправляться на поиски капитана, и желательно — всем экипажем. Мы так и сделали. Поверьте, сэр, вас не так уже и трудно найти. Люди обычно отлично запоминают вашу внешность. Вот и сегодня несколько прохожих сказали нам, что видели вас бредущим в сторону космопорта.

— На этот раз мне лучше было бы отправиться в пивнушку. Да, можно вопрос, старпом?

— Конечно, сэр!

Хаммураби не спеша ощупал себе подбородок, в который несколько минут назад угодил кусок оплавленного металла, отхваченного во время перестрелки от какого-то гидравлического пресса, убедился в целости этой довольно важной части лица и затем протянул Такахару шкатулку со специями.

— Ты чего-нибудь соображаешь в кулинарном искусстве, а, Майджиб?

***

Механизм помещался в хромовой капсуле, капсула была забрана керамическими щитами, а уж эти щиты граничили с таким заповедным «нечто», после которого следовала одна лишь пустота.

Механизм безнадежно устарел и заметно обветшал, однако продолжал функционировать — функционировать ради одной-единственной цели. Впервые за несколько последних тысячелетий появилась необходимость активизировать движение электронов. Компьютер, созданный когда-то по последнему слову техники и по-своему заслуживавший даже право называться как-нибудь иначе (но мы все-таки договоримся называть его просто компьютером), начал просчитывать возможные варианты решения Проблемы. Да, он был спроектирован и построен для решения одной-единственной Проблемы. Он мог выполнять миллиарды операций в секунду — также для решения одной-единственной Проблемы. Простейшей Проблемы.

Механизм свел всю имевшуюся у него информацию в резервный маргинал и заработал сразу в двух направлениях. Во-первых, стал выпасать Проблему на переразложенческих пастбищах, а во-вторых, принялся изыскивать способ скорейшего пробуждения Хранителя. Вся суть заключалась в том, чтобы выцепить в памяти нужные включения стимулятивного характера.

***

— Ну, малышка Джапуровак, что тебе удалось выяснить?

Тщедушная врачиха, задрав головку, вызывающе посмотрела на капитана. Ее несомненная принадлежность к классу насекомых была просто обворожительна! Да, такой мухи-сирфиды свет еще не видывал. Но сейчас симпатичное личико Джапур сильно смахивало на морду чудовища. Подобное сходство достигалось (не нарочно!) посредством специальных окуляров, красовавшихся на носу у врачихи. Очки являлись по сути своеобразным аналитическим устройством и были снабжены высокочувствительными датчиками, позволявшими транксу выстраивать в своих мозговых полушариях адекватный реальной действительности видеоряд.

— Скажите-ка мне вот что, капитан, — попросила Джапур, накренив голову вправо. — Если вам так хочется получить анализ содержимого этих злосчастных флаконов, то почему вы не обращаетесь в таможенную службу Реплер-Сити? Там оборудование для всевозможных исследований куда совершеннее нашего.

— Оборудование может и совершеннее, но вот сами работники… Вы, малышка, вдесятеро умнее и сообразительнее всех их вместе взятых!

— Думаете, я вам поверила? Ничуть. Льстивые речи не собьют меня с толку! Вижу, что вы заключили себя в поистине непробиваемый панцирь. Ну и ладно! Я сделала все, о чем вы просили меня. Результаты проведенных анализов таковы, что мне и думать не хочется, будто кто-то намеревался укокошить вас из-за столь никчемных пузырьков.