Проклиная себя за то, что позволила двум сексуально озабоченным подросткам вывести ее из себя, Сандра попыталась не обращать внимания на шум под дверью. Но вот где-то хлопнула другая дверь, а потом раздался голос матери, поднимавшейся по лестнице. Послышался топот бегущих по коридору ног, собака принялась скрестись в дверь соседней спальни, заурчали трубы — кто-то наполнял ванну…

Теперь уже Сандра не могла отвлечься от всего этого. Внезапно ей показалось, что они с Фрэнком занимаются любовью на виду у всего дома. Бедная Сандра, застенчивая до предела и умирающая со стыда каждый раз, появляясь в купальнике на подиуме, теперь была совершенно потеряна и унижена.

— Что с тобой, Сандра?

Фрэнк лежал рядом, наблюдая за сменой выражений на ее лице. Но она не могла ничего объяснить ему. Мальчишки все еще сидели под дверью, а Сандра испытывала мучительную неловкость и больше всего на свете боялась разрыдаться. Она чувствовала, как вновь растет отчуждение между ней и Фрэнком, как ее молчание разрушает только что родившееся нежное взаимопонимание… Но несмотря на это, Сандра лишь в отчаянии качала головой, не в силах вымолвить ни слова.

И Фрэнк, конечно, ничего не понял.

— Вижу, — холодно сказал он, — ты хочешь, чтобы я оставил тебя в покое.

Сандра молчала, только слезы беспомощно катились по ее щекам.

— Хорошо, — бросил Фрэнк, сел и поднял ночную рубашку Сандры. — Я все понял. Ты не ожидала от меня ничего подобного. Вышла за меня замуж только ради детей. А я-то, глупец, думал, что у тебя были и другие причины.

Он сидел на постели — обнаженный, сильный и такой далекий, а предательские слезы все быстрее струились из глаз Сандры.

— Фрэнк, — прошептала она, пытаясь найти в себе силы все объяснить.

— Спокойной ночи, Сандра.

Он лег на самый край кровати и закинул руки за голову. Сандра робко села и натянула рубашку.

— Прости меня, я ошибся, — долетел до нее из темноты голос Фрэнка. — Ты можешь быть спокойна — это больше никогда не повторится.

8

Встать и спуститься вниз к завтраку на следующее утро — ничего более тягостного за свою жизнь Сандра не испытывала. Фрэнк поднялся с петухами, принял душ, оделся, а она все еще лежала, свернувшись под одеялом клубочком, притворяясь спящей. Когда Фрэнк наконец ушел, Сандра решилась открыть глаза. Однако прошел еще час, прежде чем она нашла в себе силы появиться на кухне, где и встретилась с мужем.

К счастью, на этот раз на кухне Мейсонов народу было немного — всего трое: Фрэнк, Кристи и Рэнди. Кристи первая увидела Сандру и с набитым ртом радостно закричала:

— Мамочка!

Вздохнув, Сандра шагнула в ярко освещенную кухню.

— Доброе утро, — сказала она. — А где все?

— Доброе утро, Сандра, — приветливо ответил Фрэнк. — Твои родители кормят цыплят, а дети катаются на пони.

Сандра с трудом выдержала его взгляд. Он был спокоен, но тверд. Она подошла к холодильнику, достала молоко и апельсиновый сок.

— Фрэнк, что ты хочешь на завтрак?

Она справилась с волнением, и теперь ее голос прозвучал ровно и отчужденно.

— Спасибо, Сандра. Ничего не надо. — Фрэнк встал и помог Кристи слезть с высокого стульчика.

— Ну ладно! Оставляю голубков поворковать наедине, — Рэнди, ухмыляясь, вылез из-за стола. — Уверен, вам есть о чем поговорить, особенно теперь.

И он удалился, оставив после себя груду крошек.

— Очаровательно, не находишь? — взорвалась Сандра. — Мальчишек лет до двадцати было бы неплохо вообще изолировать от общества!

Фрэнк удивленно посмотрел на нее.

— Ты сегодня гневаешься на всех мужчин, Джорджия Браун, или только на своих родственников?

Вот он, самый подходящий момент для того, чтобы все объяснить, подумала Сандра, и эту вспышку гнева на брата и то, что случилось ночью. Сандра повернулась к Фрэнку:

— Фрэнк, знаешь, сегодня ночью Джеймс и Рэнди…

— Доброе утро, детка. Как спала? — В кухню бодрой походкой вошла миссис Мейсон. — Молчу, молчу, забудь о вопросе, — улыбнулась она, увидев, как вспыхнула Сандра.

Сандра взглянула на мать. Элдора Мейсон, все еще привлекательная женщина, несколько склонная к полноте, выглядела настоящей матроной. В ее золотисто-каштановых волосах серебрились седые пряди, а на лице можно было разглядеть морщинки — она любила посмеяться и всю жизнь работала под палящим солнцем Джорджии. Но для своей семьи, да и для всех, кто знал ее, миссис Мейсон оставалась красавицей.

Рассмеявшись, она потрепала Сандру по щеке и подошла к плите долить неиссякаемый кофейник.

— Хотите — верьте, хотите — нет, дети мои, но сегодня я сама чувствую себя новобрачной!

Сандра залилась краской, не решаясь взглянуть на Фрэнка. Он подошел к ней и запечатлел на щеке платонический поцелуй.

— Пойду с Кристи во двор. Познакомимся с пони, пока ты завтракаешь, — громко сказал он, чтобы слышала миссис Мейсон, а на ухо шепнул: — Не красней так, радость моя! Не вижу причин…