Читаем Зажги меня полностью

— Я инкуб из Дома Балинта. Я доставлял удовольствие женщинам в течение многих веков. Я не отвечаю на вопросы.

Я взглянула поверх его плеча на Нору:

— Нора!

Она вскочила на ноги и, прежде чем Якоб успел глазом моргнуть, изобразила с четырех сторон вокруг него символы, приковывающие его к месту.

— Мощь магического символа, — начала она тоном лектора, указывая на один из знаков, светившийся голубым светом, — определяется могуществом того, кто его изображает. Чтобы получить надежный результат, ты должна верить в собственные силы. Если ты усомнишься в себе или начнешь чертить символ, который редко используешь, он окажется слабым и неэффективным.

Якоб, с недоверчивым видом озиравшийся по сторонам, попытался пошевелиться, но не смог — при каждом его движении в воздухе вспыхивали четыре символа.

— Что это такое? Что вы со мной сделали?

— Я думаю, что призраки подсказали тебе связывающее заклинание потому, что у тебя нет практически никакого опыта в использовании магических символов. Должно быть, они понимали, что ты, лишь недавно научившись азам этого искусства, не сможешь удержать сильного инкуба. Однако позднее, с опытом, ты увидишь, что это быстрое и эффективное средство контроля над многими существами.

— Я не хочу, чтобы меня контролировали! Вы должны немедленно выпустить меня, чтобы я смог заняться с вами любовью!

— Да, понимаю, — ответила я, не обращая внимания на вопли Якоба. — Мне нравится, что символы вспыхивают, когда Якоб пытается освободиться. А долго они будут действовать?

Нора снова уселась в кресло:

— Столько, сколько мне понадобится.

— Вы посадили меня в клетку! — воскликнул Якоб и снова попытался разрушить чары. Разумеется, это было бесполезно. Нора знала свое дело. В конце концов Якоб устал кричать и требовать, чтобы его освободили, и снова рухнул на кровать; символы не сковывали его по рукам и ногам, оставив некоторую свободу движений. — Хочешь играть в госпожу? Хорошо, я подчинюсь тебе, хотя тебе больше понравится, если я буду мужественным самцом.

— Пора переходить к вопросам и ответам, — заявила я, усаживаясь перед ним на пол. — Если ты будешь с нами сотрудничать, мы тебя освободим, и ты сможешь уйти и соблазнять хоть сотни женщин.

— Так ты действительно не хочешь, чтобы я занялся с тобой любовью? — Казалось, это никак не могло дойти до его сознания.

— Не хочу. Нам просто нужно с тобой поговорить.

— Ой, — сказал он, расслабился и закрыл глаза. Внезапно он стал совершенно другим человеком. — От этих постоянных занятий любовью так устаешь. Наконец-то я нашел кого-то, кому не нужен горячий жеребец.

Я изумленно взглянула на Нору, затем обратилась к Якобу:

— Погоди-ка, ты говоришь, что не хочешь заниматься сексом?

Он кивнул, не открывая глаз.

— Но… ты же инкуб. Это твоя работа. Ты ведь только для этого и живешь, разве не так?

— Так, — согласился он, затем резко выпрямился и открыл глаза. — Это моя злая судьба! Мое проклятье! Я не хочу быть племенным жеребцом и каждую ночь выполнять бесконечные фантазии женщин. Но они продолжают призывать меня, требуя, чтобы я без конца ублажал их. На протяжении многих веков меня считали самым лучшим любовником среди моих собратьев, но сейчас… — он снова вздохнул и ссутулился, — сейчас я просто хочу уйти на покой и разводить лошадей.

— Лошадей, — повторила я, понимая, что перестаю контролировать ситуацию; однако поделать ничего не могла. — Ты хочешь разводить лошадей.

Якоб поднял голову, и в глазах его загорелся энтузиазм.

— Да! Это замечательные существа, правда? Сильные, красивые. Они позволяют тебе кататься на себе и никогда, никогда не просят позволить им покататься на тебе.

Джим фыркнул. Я пристально взглянула на него — ведь я приказала ему помолчать, пока в номере находится инкуб.

— Думаю, об этом мы поговорим как-нибудь в другой раз. Давай к делу — у меня есть к тебе пара вопросов. Ты знаешь какого-нибудь инкуба из твоего Дома, который бы убил женщину, вызвавшую его?

— Нет.

Я посмотрела на Нору:

— Откуда мне знать, что он говорит правду? Мне известно, что демон не может солгать, если ему зададут прямой вопрос, но разве с инкубами это тоже работает?

— Думаю, он не лжет, — медленно произнесла она.

— Я не лгу, — заявил Якоб, расправив плечи. — у меня нет причин лгать вам. Вы не хотите, чтобы я занимался с вами любовью. Вы мои друзья.

— Верно, а друзья помогают друг другу. Ты сказал что в твоем семействе таких нет, а как насчет других Домов?

Он слегка пожал плечами:

— В Будапеште нет других Домов.

— Ну хорошо, а здесь появляются инкубы из других Домов?

Якоб взглянул на меня со слегка насмешливым выражением:

— Инкубы не могут покидать территорию, к которой приписаны. Дом Балинта занимает Будапешт и его пригороды. Ни один посторонний инкуб не может проникнуть сюда.

— Правда? — Я на мгновение встретилась взглядом с Норой. Затем потерла лоб. Какое-то смутное воспоминание не давало мне покоя, но я никак не могла сообразить, в чем дело. — Значит, круг подозреваемых сужается до членов твоего Дома. Сколько вас всего?

— Двадцать пять, — ответил он. — Двенадцать братьев, двенадцать сестер и морфей.

— Морфей? Бог?