Марк Аврутин

Застигнуты врасплох?

В каком только сочетании не встречается в литературе, посвящённой Отечественной войне 1941-45 годов, фраза о том, что Советский Союз и его Красная Армия оказались «застигнутыми врасплох». Некоторые авторы добавляют ещё «в тактическом отношении» застигнуты врасплох. Однако и это добавление не раскрывает той ситуации, оставляя её по-прежнему малопонятной. То ли страх кого-то обидеть при отсутствии достаточных доказательств, то ли просто неспособность понять то, что произошло — таким невероятным оно было — мешает авторам, пишущим о войне, правдиво рассказать о возникшей ситуации в первые часы и дни войны. Попробуем её реконструировать, используя факты, которые могут быть признаны достоверными, и не потому, что они подтверждаются какими-то неопровержимыми документами, а скорее потому, что они не противоречат общей логике развития событий тех дней.

Итак, нам известно, что Сталин стремился предусмотреть и устранить все причины, которые могли бы помешать осуществлению гитлеровского плана вторжения на Британские острова. Сталин не мог себе представить, что Гитлер откажется от завершения военного конфликта с Англией. В отличие от Сталина, Гитлер хорошо представлял себе намерения своего восточного соседа, превратившегося с недавних пор из его заклятого врага в союзника, доброго помощника, чуть ли не друга. Зная, что больше всего Сталин боится случайно спровоцированного вооружённого конфликта, который в обстановке запредельной концентрации войск по обе стороны границы мог бы привести к непредсказуемым и самым ужасным последствиям, Гитлер добавляет к сталинским свои собственные опасения. Он сообщает ему, будто бы среди немецких офицеров есть ярые противники германского вторжения на острова, которые не упустили бы возможность сорвать этот уже утверждённый им план.

По указанию Сталина дополнительно к уже предпринятым мерам по созданию «благоприятных условий» для воскресного отдыха офицеров, Жуков рассылает в войска директиву, запрещающую реагировать на возможные провокации со стороны немцев, что уже противоречит воинскому уставу и должно расцениваться как преступление. Но этого Сталину кажется недостаточным: каким образом этот секретный приказ начальника Генерального штаба Красной Армии будет доведен до сведения каждого солдата, заступающего на караульную службу? А главное, как он будет понят солдатом, у которого в голове доведенные до автоматизма реакции на основные положения «Устава караульной службы»? Не выдать оружие солдату, стоящему в карауле, нельзя, а вот не выдать ему патроны — можно. У остальных же солдат и офицеров, не занятых несением караульной службы оружия в мирное время нет. В Красной Армии, потом в Советской, теперь в Российской пуще всего боялись и боятся вооружённого солдата — «человека с ружьём» — наверное, до сих пор находясь под сильным впечатлением от одноимённой пьесы.

Теперь уже начинает проясняться смысл этой таинственной фразы «застигнуты врасплох». Во-первых, Красная Армия не имела Верховного Главнокомандующего. Ставка Верховного Главнокомандования под председательством Сталина была создана лишь 10 июля. Армия не только не была приведена в состояние повышенной боевой готовности, но, напротив, была фактически разоружена. За это должностное преступление должны были понести уголовную ответственность в первую очередь Тимошенко и Жуков. Но они исполняли указание Сталина и поэтому всё обошлось. В самые первые дни войны немецкие танковые войска, не встречая сопротивления и покрывая по 80 километров в день, разбили советский фронт на отдельные очаги. Но при этом танкисты оказывались оторванными от своих основных частей. Однако советские войска по указанным выше причинам не могли воспользоваться этим обстоятельством и лишь откатывались назад, не имея ни приказа, ни оружия для вступления в контакт с противником, пока не оказывались окружёнными немецкими войсками второго эшелона.