Он придвинулся к ней ближе, его эрегированный член скользнул по ее бедру, когда Хевен встал боком, так чтобы его брат не смог заметить, что у него очередной стояк от простого разговора с Иветт.

— Я хочу тебя трахнуть, пока мы оба без ума.

* * *

У Иветт сердце забилось от волнения. Слова и язык тела Хевена говорили ей обо всем, что нужно знать: он не может держаться от нее подальше.

И для этого ей всего лишь потребовалось сделать минет и укусить. Как просто. Он на крючке. Теперь Иветт нужно только подсечь, ввести его сильнее в нужное ей заблуждение, а затем выкинуть, как использованное инструмент, который отслужил службу.

Все шло прекрасно.

Все, кроме одного: ей предстояло убедить себя, что она не хочет Хевена и на самом деле бросит, окончательно унизив, когда закончит с ним.

Это не так сложно. У нее было много причин для такого поступка: он похитил ее и ее подопечную, он ведьмак и, кроме того, высокомерный придурок, который считает, что она бессердечная тварь.

Почему этого недостаточно, чтобы его возненавидеть?

Иветт не могла сосредоточиться на его плохих качествах, шепот на ушко, аромат и тепло его тела отвлекали. Она могла думать только о том, как хорошо ощутить прикосновения Хевена и доставлять ему удовольствие.

— Расскажи мне, что ты чувствовала, — прошептал он, подобно колдуну, который пытался приманить ее своим зачаровывающим заклинанием. И, может быть, именно это Хевен и сделал: использовал на ней свои силы.

Иветт не задумывалась над этим. Но это единственное объяснение: воссоединившись со своей сестрой и братом, он использовал свои силы. Скорее всего, поскольку она никогда не чувствовала себя такой слабой и послушной в его присутствии.

— Твоя кровь на вкус с нотками бергамота, богатая и густая. — Иветт не могла остановить поток слов, сыплющихся из ее уст. — А сперма соленая, и при смешении с кровью стала лучшим, что я когда-либо пробовала.

Она подумала, что ее тело воспламенилось. И стало еще жарче, когда Хевен обдал теплым дыханием ее шею.

— Черт, Иветт. У меня стояк от одной только мысли, что мы делали. — Он несколько раз выдохнул, как будто пытался успокоиться. — Когда все закончится, нам нужно побыть вместе. Только ты, я и кровать.

Иветт не могла с этим поспорить. Хевен играл ей на руку. Словно желающий любви щенок, он умолял ее о большем.　

— Я думала, ты ненавидишь вампиров.

Хевен посмотрел на нее с вожделением.　

— Ох, я ненавижу тебя. Не пойми меня неправильно. Я ненавижу тебя настолько, что хочу трахать, пока ты не свалишься без сил.

Иветт может справиться с такой ненавистью.　

— Ты, я… — она выдержала паузу, чтобы отдышаться, — …и лишь плоская поверхность.

Но прямо сейчас, ей необходимо быть подальше от него, иначе она набросится на Хевена перед его братом и сестрой.

Глава 20

— Какие гарантии, что она нас не надует? — прошипел Зейн в уху Габриэлю.

Они стояли в коридоре дома Самсона, пока остальная часть Службы Личной Охраны и Франсин сидели в гостиной.

— И откуда нам знать, что она действительно нашла этого Хевена Монтгомери, а не дала первые попавшиеся координаты?

Габриэль покачал головой.

— Ниоткуда. Мы просто должны поверить.

— Этого мало.

— Зейн, когда-нибудь ты научишься кому-то доверять.

Зейн, прищурившись, взглянул на своего босса.

— Но не сегодня.

— С моей точки зрения, у нас нет выбора. Я знаю, что мы противостоим, вероятно, самому могущественному ведьмаку… предположим, раз уж всё указывает на него, что Хевену… но я верю Франсин. Если она говорит, что поможет нам поймать его, если мы его не убьем, я ей верю.

— Мне не нравится часть про «не убий» в этом соглашении.

— Аккуратнее, Зейн. Если пойдёшь против неё в этом, готовься к мести. С виду и не скажешь, но Франсин очень сильная. И умная. Или мы играем по ее правилам, приняв помощь, или беремся за оружие. А ты знаешь, что это значит.

Жертвы, вот что. Иветт могла получить ранение, актриса Кимберли погибнуть. Рискованно.

— Мы все равно постреляем.

— Конечно, но сначала Франсин магией обездвижит его, чтобы он не наложил на нас никакого заклинания. А затем постреляем.

— И мне всё равно это не нравится. — Судя по тому, как неприятно покалывало его затылок, Зейн понял, что они уже не одни. Он повернулся к ведьме.

— Тебе никто не говорил, что некрасиво подслушивать чужие разговоры?

Она улыбнулась.

— Как и тебе не говорили, что нельзя говорить плохо о других людях за их спинами.

— Ты не человек, а ведьма.

— Ведьмы — люди.

Да Зейну плевать. Он бросил на Габриэля недовольный взгляд. — Ты босс.

Габриэль кивнул.

— У нас два часа до рассвета. — И указал на гостиную, куда они втроем и направились.

Мест не хватало, так как собрали всех, кто мог оказаться полезным: Амора, Томаса, Эдди, Майю, Нину, Самсона и Оливера.

Даже Далила сидела на диване, поглаживая огромный живот. Она, конечно, не будет участвовать в ближайшем бое, но Самсон всегда звал ее на обсуждения.

Могли ли шесть вампиров, два человека (одна из которых женщина) и ведьма расправиться с могущественным ведьмаком и освободить Иветт и Кимберли, не убив при этом никого?