Сергиус Проприус

Запуск Системы

– Я же говорю тебе, это нечто новое, невероятное, и такое, чего я никогда не ожидал от нашего городка.

– Звучит фантастически, даже для моего искушённого уха.

– Идея только появилась, но мысли мои уже впереди. Семёныч, я чувствую, в этом что-то есть!

Они сидели на кухне, попивая свежий чай в квартире Семёныча, человека, интересующегося всякими своего рода странными вещами. За свои пятьдесят лет жизни он уже много повидал, в том числе и развал Советского Союза. Инженер по образованию, он работал над электроникой ещё тогда. Сейчас же он занимается программированием, пишет программы дома и отправляет заказчику, зарабатывая, таким образом, себе на жизнь. Он хороший фрилансер, но его настоящее хобби – странные, необычные, даже опасные предметы. Он всегда рассказывал, что в СССР было создано много такого, о чём никому знать не положено, но после краха всей системы, достать и узнать об этом стало проще. Но не легко.

Семёныч подлил горячей воды в чашки:

– Лёшка, но ведь город никогда не был стратегически важным пунктом. Зачем здесь создавать систему ПВО?

– Возможно, система противоздушной обороны будет весьма к месту, тем более место не примечательное.

– Хорошо, предположим. Но информации ничтожно мало, а возможно отыскать нечто всё же мала.

– Но представь, если мы что-то узнаем, что-то найдём!

Семёныч не мог не согласится.

На следующий день Лёша уже ехал на рыбалку к озеру возле близлежащей деревни. Поскольку туда ездят местные рыбаки, бывалые старики, знающие обо всё в округе, он вознамерился узнать побольше об остатках индустриальных зданий эпохи социализма.

Как правило всё начинается в 5 часов утра, к шести ты уже сидишь в электричке и беседуешь с людьми, видевших социализм. Старики ездят на рыбалку как на досуг, а старушки ездят на дачу поработать. Некоторые едут в деревню, к родственникам или домой. Все очень любят поболтать, иногда достаточно задать один вопрос незнакомому человеку, и он расскажет тебе всю свою биографию, родословную, и проблемы, преследовавшие его «Жигуль» в последнее время.

– А что на счёт аэродрома, что возле северной окраины города? – подталкиваю я на мысль, общаясь с одним рыбаком, шестидесятилетним Виктором Ивановичем.

– Это была взлётная полоса нашего лётного училища, там они тренировались, наверное. Огромная взлётная полоса. Километров десять, ещё в 60-х построили.

– А вы когда-нибудь видели взлёт над городом хотя бы одного самолёта?

– И не припомню, – старик нахмурился, густые белесые брови стали треугольником на его длинном, высоком лице – неподалёку есть основной аэропорт, для гражданских самолётов. Этот же какой-то непонятный.

– Понятно, – разговор продолжался не долго, но пока я доехал на озеро, твёрдо решил хотя бы ради интереса взглянуть на взлётную полосу аэродрома.

Мы стояли на взлётной полосе, которая представляла собой не что иное, как уходящую вдаль широкую трассу из потрескавшегося бетона, который был в ужасном состоянии. Правда, на велосипедах мы проехать смогли, не сделав из колёс восьмерку. Наблюдая за розовым диском солнца, что готовилось к своему закату, мы оглядывали окрестности и пытались разыскать хоть что-нибудь интересное.

– Что тот старик тебе конкретно сказал? – спросил от нетерпения Василий, мой старый друг и соратник в разыскивании тайн СССР.

– Просто сказал что здесь вроде как был тренировочный аэродром.

– Пока что мы видим лишь взлётную полосу, и вон тот хутор в паре километров от нас.

– Давай, может, проедемся дальше по полосе, вдруг обслуживающие здания ещё стоят.

– Хорошо, – согласился Василий, и мы поехали прямиком по взлётной полосе.

Наблюдать за закатом солнца было весьма увлекательно, несясь по бетону. Вскоре, мы заметили несколько заброшенных служебных зданий, готовых упасть от малейшего прикосновения к ним. Но проехав ещё немного, удалось увидеть новые здания, с радарами, с военными машинами и несколькими людьми в униформе, заходящими вовнутрь. Похоже на то, что эти здания всё ещё работают, но почему об этом никто не говорил не известно.

– Смотри, они, кажется, выходят, – заметил Василий.

– Давай остановимся и посмотрим немного, только переместимся на обочину.

Мы постояли не долго, военные встретили машину, откуда вышел человек в деловом костюме, затем они зашли в здание и не выходили. Нам надоело ждать, и мы посмотрели на машины, приблизившись к забору, за которым они стояли.

– Ничего особенного, старые, но всё ещё действующие, – сказал Вася.

– Смотри, бронетранспортёр даже есть.

– Правда, но тоже, старый, – мой собеседник улыбнулся.

Затем мы увидели самое интересное: целую кучу антенн, не видных со взлётной полосы из-за холмов и деревьев. Антенны были сгруппированы, соединены, вкопаны в землю, и оказывали впечатляющее зрелище.

– А вот это мы сфотографируем, – сказал я и сделал пару кадров.

– Думаю, Семёныч что-нибудь должен знать по этому поводу.

– Точно, поехали.

Мы развернулись, и уехали в город. Конечно, аэродром заброшен, не охраняется, но признаки жизни всё же подаёт.

– Наверняка тренировочный.