Читаем Запросы плоти. Еда и секс в жизни людей полностью

Мистический, доступный лишь посвященным, культ Орфея, распространился в Греции в VI в. до н. э. Основой культа служит легенда о фракийском певце Орфее, пытавшемся освободить из мира мертвых любимую Эвридику, и его трагической гибели. Наиболее важным в орфическом культе является представление о бессмертной душе и идея о высшем единстве, создавшим Вселенную. Дальнейшее развитие идей о душе человека шло уже в рамках философии.


Глубокий след в философском понимании души и тела оставили Сократ (469–399 до н. э.), Платон (428–347 до н. э.) и Аристотель (384–322 до н. э.). Сократ не вел записей. Взгляды Сократа изложены его учеником Платоном, и не всегда ясно, где кончается Сократ и начинается Платон. Человек для Сократа, прежде всего, душа. Душа – госпожа тела и телесных инстинктов. После казни Сократа афинскими демократами, его дело продолжил Платон. По Платону человек состоит из души и тела. Душа, в свою очередь, состоит из высшего разума человека и чувственной части души. Высший разум стремится к благу, чувственная часть души к порокам, злу. Тело же есть темница души, из которой бессмертная душа должна освободиться. С идеей о раздельности души и тела не был согласен Аристотель. Он считал, что каждая вещь является единством души и материи. Душа заставляет тело осуществлять цель развития: растению стать растением, животному – животным. Аристотель выделял два начала души – душу как первопричину тела, исчезающую при его разрушении, и душу как проявление божественной сущности, выходящую из тела в момент смерти. Учение Аристотеля сыграло огромную роль в теологии христианства.


Киники считали рассуждения о душе пустым умствованием. Главное для человека – избегать зависимости от внешнего мира и ограничивать свои потребности. Отсюда их облик – нечесаные волосы и борода, плащ на голом теле. Известен Диоген (408–323 до н. э.), живший в глиняной бочке на площади Афин. Там он изрекал афоризмы или прилюдно онанировал, приговаривая: «Вот кабы и голод можно было унять, потирая живот».[457] Платон называл Диогена собакой (kyon), откуда и возникло название киник, т. е. циник. Сходные взгляды о добродетели довольствоваться малым имели стоики. Но в отличие от киников, они утверждали, что для такой жизни нужен разум. Душа человека является частью разумной мировой души.


Эпикур (341–270 до н. э.) пытался примирить неизбежность смерти человека с радостями жизни. Он говорил: «Пока мы существуем, нет смерти. Когда смерть есть, нас более нет». Основным признаком разумной жизни Эпикур считал удовольствие. Над входом в сад, где он основал школу, висела надпись: «Гость, тебе будет здесь хорошо; здесь удовольствие – высшее благо». Под удовольствиями он понимал удовлетворение желаний, но ставил духовные удовольствия выше телесных. Он считал, что душа человека смертна и отрицал существование богов. Учение Эпикура, ставшее основой этики эпикурейцев, получило широкое распространение в Риме, заглохло в Средние Века, вновь вошло в моду в эпоху Возрождения и дожило до наших дней.

17.6. Языческий Рим

В отличие от индийцев, евреев, китайцев и греков, римляне не создали ни великой религии, ни выдающихся философских учений. Римский гений, сугубо практический, проявлял себя в организации человеческой деятельности, будь то система управления государством, законодательство, военное дело, строительство. Идеалы римского духа восходят к раннему Риму (VIII–V вв. до н. э.). Ранние римляне, патриции и плебеи, сами пахали землю и жили простой деревенской жизнью. Семейная жизнь была патриархальна, но замужние женщины, в отличие от гречанок, имели право развода и вместе с мужьями принимали гостей.


Римляне установили с богами деловые отношения. Главные боги, – Юпитер и Марс, позже Юнона и Минерва, почитались на государственном уровне, для них строили храмы, где служили члены жреческой коллегии. От главных богов ожидали, что они обеспечат процветание государства. Другие боги помогали в повседневной жизни. Фавн помогал размножаться скоту, Приап плодоносить садам. Были еще семейные боги, пенаты и лары, и духи-покровители, гении и юноны. Римская религия была лишена законченности, приземлена и эклектична. В ней не было идеи бессмертной души.


С самых ранних времен в римский пантеон проникают божества соседних народов. С IV в. до н. э. начинается его эллинизация. Римские божества отождествляют с греческими: Юпитер-Зевс, Юнона-Гера, Минерва-Афина. Рост Римской республики сопровождался перестройкой общества. Погибли в войнах или разорились италийские крестьяне – костяк легионов и носители римского духа; появились олигархи, владельцы огромных латифундий; сложился тип горожанина, часто вольноотпущенника, обывателя по взглядам и вкусам. Внешне римляне процветали, но морально деградировали.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Будущее ностальгии
Будущее ностальгии

Может ли человек ностальгировать по дому, которого у него не было? В чем причина того, что веку глобализации сопутствует не менее глобальная эпидемия ностальгии? Какова судьба воспоминаний о Старом Мире в эпоху Нового Мирового порядка? Осознаем ли мы, о чем именно ностальгируем? В ходе изучения истории «ипохондрии сердца» в диапазоне от исцелимого недуга до неизлечимой формы бытия эпохи модерна Светлане Бойм удалось открыть новую прикладную область, новую типологию, идентификацию новой эстетики, а именно — ностальгические исследования: от «Парка Юрского периода» до Сада тоталитарной скульптуры в Москве, от любовных посланий на могиле Кафки до откровений имитатора Гитлера, от развалин Новой синагоги в Берлине до отреставрированной Сикстинской капеллы… Бойм утверждает, что ностальгия — это не только влечение к покинутому дому или оставленной родине, но и тоска по другим временам — периоду нашего детства или далекой исторической эпохе. Комбинируя жанры философского очерка, эстетического анализа и личных воспоминаний, автор исследует пространства коллективной ностальгии, национальных мифов и личных историй изгнанников. Она ведет нас по руинам и строительным площадкам посткоммунистических городов — Санкт-Петербурга, Москвы и Берлина, исследует воображаемые родины писателей и художников — В. Набокова, И. Бродского и И. Кабакова, рассматривает коллекции сувениров в домах простых иммигрантов и т. д.

Светлана Бойм

Культурология